Алина Носенко: «Если у детей будет мечта, а родители будут готовы их слушать и слышать, то и страна поменяется»

О психологии подростков, сестринстве и братстве и женщинах в политике

Алина Носенко, директор Фонда Кличко и спикер SHE Congress, прошедшего 18 ноября, рассказывает, с какими проблемами ей пришлось столкнуться во время работы «Школы Успеха» для подростков, основанной фондом, — с установкой на удачное замужество у девочек и неуважительным отношением, стремлением к эгоистичному лидерству мальчиков. Алина размышляет о том, какие изменения необходимы и системе образования, и всем нам, чтобы сломать устоявшиеся стереотипы, влияющие на молодых людей.

О детях, которые поменяют страну

Заходя на территорию школы, где мы проводим занятия, я по лицу ребенка могу сказать, насколько он счастлив в семье, с каким комфортом вокруг него устроен мир. По- настоящему счастливых детей очень мало, хотя они преимущественно из хороших семей, не важно, городские это дети или из сел.

Я верю, если у детей будет мечта, и они будут бороться за нее, а семьи будут готовы слушать и слышать детей, не критикуя – то и страна поменяется. Она не поменяется благодаря Гройсману или Порошенко, но каждый из нас может сделать свой вклад. Я верю, что эти дети смогут изменить Украину. Парадигма их мышления и принятия решений будет другая – в ней будут цели, инструменты, честность, прозрачность, равное отношение ко всем. Я всегда езжу в летнюю школу фонда и провожу там все 20 дней, потому что ощущение мира сквозь призму 14-16-летних – это огромный заряд энергии!

Об ограничениях

Мы много работаем с детьми из таких отдаленных мест в Украине, куда новые тенденции никогда не доходят. Проблема в том, что дети не знают, к чему стремиться, поскольку мало информации, да и ресурсов к реализации тоже мало. Считаю, что нам нужно запустить образовательный проект и отправлять туда «пилигримов», которые будут заниматься просвещением. Я часто говорю детям: «Киев – это не самоцель, может, вам и не нужно обязательно переезжать сюда». Девочки-участницы ШУ часто мне говорят, что хотят быть актрисами и поступать в институт Карпенка-Карого, я отвечаю: «Почему не в Лондон, где учился Камбербэтч? Почему играть не на Бродвее?» Зачем сужать мир до учебного заведения только в Киеве? А просто потому, что ничего другого они и не знают. У них нет калейдоскопа мышления, разнообразной картины мира.

О стажировках

Я сама – выпускница шести национальных и международных стажировок, благодаря которым поняла, что для меня важно, что мне дарит ощущение счастья и полета. В нашем фонде тоже есть программа стажировки, в следующем году будет уже пятый набор – и в этом есть смысл. Моя миссия – увидеть потенциал в молодых людях, как во мне его увидели братья Кличко пять лет назад. Надеюсь, когда-нибудь в «Forbes» появится исследование «Как стать СЕО до 30 лет» и наши стажеры будут первыми, о ком будет эта статья и первыми, кто станет руководить бизнесами и организациями до 30-ти. Глобализация открывает такие возможности.

Когда я выиграла стипендию на учебу в Германии, родители ночь не спали – мой папа, штурман, был тогда в Японии, мама в Киеве, они переписывались и решали, как пережить эту ночь. Папа беспокоился, как же они могут отпустить свою принцессу, которая училась на третьем курсе Института международных отношений,– одну куда-то в другую страну. Но мама настояла и убедила, что я должна выбрать и решить сама, как мне дальше жить. И ответственность за решение нести мне.

falling_walls_2224

Год в Берлине снял с меня «розовые очки». Я и так могла заботиться о себе, быть самостоятельной и принимать решения, но в чужой стране без близких или просто знакомых было очень сложно психологически. У немцев декларируется мультикультурализм, «мульти-культи», как они это называют. Но когда ты подходишь к человеку и говоришь «Привет, я Алина из Украины», то редко можно добиться расположения. Мне часто делают комплименты по поводу моего немецкого – но лишь до тех пор, думаю, пока я не выражаю желание работать и жить в Германии, например.

О подростковом коллективе

Наши дети часто не готовы к самостоятельной жизни. В прошлом году участники летней школы, а это дети 14-16 лет, интересовались преимущественно сексуальной жизнью, влюбленностью и замужеством. Девочки были всегда озадачены тем, какую кофточку лучше надеть сегодня, а мы их заставляли носить форму, на которой написано «Борись за свою мечту». Может это смешно, но я поняла, с какими «установками» растут девочки, когда, сидя на коленях у парней, они рассуждают на тему «как важно удачно выйти замуж». Конечно, это важно! Но тут же вспоминается выступление Мишель Обамы и ее фраза, что никакой парень не может заменить тебе право на обучение и знания.

В этом году мы сделали две школы – отдельно для девочек и для мальчиков. Благодаря этому дети раскрылись совершенно по-другому. В США делают студенческие сестринства и братства – и понятно почему. Когда мы находимся на одной территории и рядом нет объекта, которым мы оба интересуемся и за него конкурируем, то у нас больше внимания друг к другу, мы готовы поддержать, помочь, подсказать что-то. Я увидела это в школе этим летом, ведь ни девочки, ни мальчики не конкурировали друг с другом. Опыт разделения по полу оказался настолько удачным, что мы собираемся его продолжать, более того, и менторов будем подбирать соответственно.

О школе

Мы работаем с общеобразовательными школами, и там я вижу учителей в постоянном «забеге». Кто-то из них еще до сих пор в «кринолинах» и с прической «родина-мать», но многие стараются развиваться и идти в ногу со временем, чтобы быть интересными детям. Когда у меня появятся дети и придет время идти в первый класс, я буду искать учителя, близкого по духу для меня и моего ребенка. Так делала моя мама, и так буду делать я. С учителями происходит то же, что и на работе – ты проводишь много времени с людьми, которые не являются тебе родственниками или близкими. Поэтому роль учителя в жизни ребенка огромна. Скоро мы придем к переосмыслению роли учителя – он должен научить мыслить, поддавать сомнению, критиковать. Мне очень хочется, чтобы наши дети не воспринимали все за «чистую монету» даже в позиции учителя, не боялись сказать о своих сомнениях. Новая концепция МОН «Новая Школа» вселяет надежду, что реформы возможны и главное, чтобы они реализовались.

_mg_0793

О творчестве

Кажется, Пикассо говорил: «Нам всем дарили в детстве наборы карандашей, мы все рисовали. Но в какой-то момент мы перестаем рисовать». Этот период есть в жизни каждого ребенка. Почему это происходит? Почему только единицы продолжают творить и не сомневаться? Может быть это связано с постоянной оценкой, что «хорошо», а что «плохо». Это же касается и проектной, командной работы в школе, что потом имеет отголоски в навыках активной жизненной позиции и предпринимательства. У нас мало по-настоящему интересных командных заданий для подростков, где бы они могли творить, быть мотивированными и не конкурировать.

Мы показываем детям примеры успешных бизнес-моделей, приглашая современных активных людей, но дети в этом возрасте не совсем хотят думать о бизнесе. Почти все наши студенты делают социальные проекты (выставки, сборы денег) — несколько мальчиков задумались об общественных больших проектах, например, пересесть с транспорта на велосипеды в городе. Буквально два парня из 100 детей (по 50 мальчиков и девочек) говорили о своем будущем бизнесе. Это показатель entrepreneurial skills, которые начинают проявляться, когда человеку 20-25 лет, и он пробует запустить бизнес. Пока у нас с этим большая проблема даже среди подростков.

О ярлыках

В мире нет стандартов красоты: для кого-то я буду очень красивой, а для кого-то – заурядной девушкой. Я долго занималась бальными танцами и часто сталкивалась с таким подходом. Я подходила под танцевальные стандарты в юности, хотя всегда была высокой девочкой, что тоже иногда мешало, но были и другие дети, на которых навешивали ярлыки и о которых говорили: «Руки худые, как у курицы. Большие уши, выпирающие ребра». Многие выросли с этими воспоминаниями, и, наверное, не каждый справился с комплексами, заложенными в детстве.

Мне всегда очень грустно, когда я слышу, что дети говорят такие вещи. Я стараюсь в мягкой форме пресечь это и, побеседовав, объяснить, что так поступать нельзя . Ведь вы никогда не знаете, как вас видят другие люди. Конечно, для родителей мы самые красивые, самые лучшие и умные, но общество пытается тебя судить и отнести в какую-то нишу, навесить ярлыки. Мне всегда импонировал совет моего папы, который говорил: «Отвечай за себя. Не нужно дожидаться похвалы, внутренний камертон скажет тебе, поступила ли ты правильно». У нас с мамой даже была игра в детстве: перед сном она спрашивала меня, что я за день сделала хорошего и что бы хотела сделать по-другому – и я перечисляла. Это меня научило рефлексии, анализировать себя и знать, что мир может быть совсем не таким, каким кажется.

О немецком воспитании

Впервые я попала в Германию в четыре года. Моя мама училась в Питере и там познакомилась с двумя студентками-немками из ФРГ, и в конце 80-х она смогла как гость посетить Германию. Мама прилетела в восточный Берлин, это были времена, когда еще пешком переходили границу между ГДР и ФРГ – так давно это было… И с тех пор она дружит с этими людьми, крестила их детей, а меня они считают своим третьим ребенком и всегда в шутку всем это озвучивают. Когда мне было 9-10 лет, а у маминой подруги Петры уже появились дети — я ходила с ними в садик, приезжая в Германию. С их сыном я научилась делать бусы из макарон для мамы, а Петра надевала их на торжественные мероприятия и гордилась. Этому поразительному уважению к предмету, сделанному ребенком для родителя, нам в нашей стране еще нужно учиться.

Как-то я попала на урок физкультуры в немецкой школе, помню, как тренер рассказывал, как надо ставить ножку на носок, когда бежишь, чтобы ноги не так уставали от бега, и почему важно научиться лазить по канату – вдруг пожар, и это понадобится. Каждому действию был аргумент и пояснение. Ведь нам такого никогда не рассказывали в школе, были только нормативы, которые нужно было сдать. Хотя я занималась бальными танцами, а это нелегкий труд, и являюсь кандидатом в мастера спорта, я никогда не любила уроки физкультуры в школе. А не любишь ты чаще всего то, чего не понимаешь. Немецкое общество гораздо прагматичнее, и это отлично отражается в воспитании детей, с которыми много говорят, играют, договариваются, заставляют мыслить и анализировать.

О девочках

Девочки меньше пробуют, они меньше заточены под сегодняшний экстремальный мир с переменами каждый день. И это очень грустно, потому что хорошо танцевать, вышивать, декламировать… это приемлемо для моего поколения. Но дети, родившиеся в 2000 году, уже не могут этим ограничиваться. Девочку можно определить на танцы, но покажите ей еще что-то – мир, в котором нет женских или мужских видов спорта, дайте ей выбор. Может, она выберет фехтование, хоккей на траве или пневматическую стрельбу. Я даже не говорю о химии, программировании или науке в целом, где показатель участия женщин невероятно низок, хотя уровень запроса на женщин в науке очень велик, но опять-таки не в нашей стране. На Falling Walls Venture Kyiv (ред. – конкурс молодых ученых, национальный этап которого в Украине проводит Фонд Кличко) подалась всего одна девушка.

dsc_4341

Когда говорят, что за женщин не голосуют на выборах – причины очевидны. У нас считают, что женщина не мыслит глобально, не умеет управлять и не может быть политиком. Как результат, партийные списки в органы управления у нас состоят только из мужчин. Последние исследования в Украине, наоборот, показывают, что граждане хотели бы видеть больше женщин в политике, так как они более отзывчивы к обычным проблемам и умеют слушать. Практически все участницы нашей школы участвуют в школьном самоуправлении, но на мой вопрос о том, почему они туда пошли, треть девочек сказали, что им нравился там мальчик и они хотели быть к нему ближе. Стоит задуматься о политической вовлеченности девочек еще в старших классах школы и поддерживать ее на протяжении 5-10 лет — вот тогда у нас будет баланс в политике и будет из кого выбирать, не только благодаря 30% квотам.

Общество развивается однобоко, потому что у девочек мало выбора в личностной и профессиональной среде. Я не противница брака, но в то же время считаю, что женщина вне брака также может быть счастливой. Каждый выбирает сам. Исходя из традиций,  женщины должны быть замужем, иметь партнера. Но когда я смотрю на 14-16-летних девочек, мне очень грустно, что им сужают мир до цели «мужчина равняется твоему успеху».

О мальчиках

Если у девочек мы наблюдаем тотальное обожествление мужского пола, то парни очень неуважительно относятся к девочкам, как к объекту, который должен радовать во всех отношениях. Это снимает вопросы, почему женщины часто жалуются на украинских мужчин, которые их не любят, не ценят, не замечают, не уважают. Пример любящего и внимательного папы, как и мамы — самое главное. В отличие от девочек, слившихся в единый коллектив и став в нашем проекте «одной большой девочкой», мальчики – индивидуалисты, каждый из которых старался показать, что он лучше. У нас даже были конфликты с мальчиками, которым мы не позволили стать единоличными лидерами, потому что наша цель была формировать команду и работать в коллективе.

fcntp03-da

О том, что делать

Нужно учить детей действовать и учиться в действии, нужно пытаться показать другие реалии, возможности, чем у них есть в семье. Мы часто слышим, что лучшая работа для женщины – это семья. Есть шутка: какая самая трудная и неоплачиваемая работа в мире? Это работа над собой. Работа в семье – примерно о том же. Никто не видит, сколько ты мыла, убирала, гладила и готовила, эта работа иногда угнетает больше, чем вставать на смену в 5 утра. Думаю, нужно делать совместные курсы для детей и родителей, говорить с ними современным языком, проговаривать чувство вины, чувство совместной радости и благодарности, например.

Родители наших студентов часто говорят: «Что вы нам можете рассказать, у вас у всех же детей еще нет!» Я всегда отвечаю, что со стороны человек может увидеть такие вещи в ребенке, которые не увидит мама. Некоторые забирали детей из нашей школы досрочно, поскольку были такие, кто просто выиграл наш конкурс, потому что это престижно, но участвовать в занятиях не хотел. Многие родители все еще считают, что ребенка воспитают в школе, и сами они не должны ничего делать, а школа возлагает контроль на родителей — и в итоге дети протестуют и против тех, и против других. 

Школа должна поддерживать, быть центром интеллектуальной и спортивной жизни. Школа должна стать более практичной и направленной на потребности современных детей, которые уже скоро будут измерять свой DQ – digital intelligence, ведь в 2017 году будет первое поколение детей, которые родились в 2004 и живут с момента создания Facebook. Нас ждут большие перемены, особенно когда больше женщин придет в экономику и бизнес. Девочки будут работать со школьной скамьи, и не важно, какие это будут проекты — выставки или выборы в ученическое самоуправление. Больше реализации для женщин – больше успеха для страны.

Беседовала Галина Ковальчук. Фото: Фонд Кличко, Сергей Нужненко

— Читайте также: Нана Коренева: «Подростками мало кто занимается, но все от них что-то требуют»

Мы в Facebook