Как снять классное украинское кино: Мнение Екатерины Копыловой и Максима Асадчего

Продюсеры о развитии детского кино, выходах на иностранные рынки и новом проекте «Фокстер&Макс»

Блокбастеры и 3D-анимация практически полностью вытеснили из проката детское кино. Однако через год в кинотеатрах Украины выйдет в прокат классический игровой фильм для семейного просмотра «Фокстер&Макс». Это первый украинский фильм, снятый в стилистике комикса для детей. Режиссером картины стал Анатолий Матешко, а продюсерами выступили Максим Асадчий и Екатерина Копылова.

Именно с продюсерским тандемом мы побеседовали о проблемах украинского кинематографа, развитии детского кино и приключениях Фокстера и Макса.

Как понять, что интересно будет смотреть современным детям?

Максим Асадчий: Спрогнозировать это сложно, ведь от идеи и до выхода фильма в прокат может пройти от трех до пяти лет, поэтому угадать сегодня, что будет интересовать детей через пять лет, довольно сложно. Ведь вкусы зрителей меняются, тенденции меняются, поэтому остается полагаться на свое чутье и опираться на вечные ценности, такие как дружба, любовь, взаимоотношения в семье, любовь к животным, сказки, чудеса. Это всегда в тренде.

Расскажите о своем новом фильме.

Екатерина Копылова: Актеров на главные роли фильма «Фокстер&Макс» мы искали не только в Киеве. Мы понимали, что для них украинский язык должен быть родным, ведь когда ребенок работает в кадре, он должен быть естественным. Наша кастинг-директор провела смотр порядка 500 детей, привезла этот материал, мы долго его смотрели и в результате выбрали мальчика и девочку из Тернополя.

Максим Асадчий:  Мы рассчитываем, что этот фильм будет для семейного просмотра, потому что в кинотеатр дети все равно идут с родителями. Там будет экшн, но его не будет много и он не будет жестким. Там будут элементы и Sci-Fi, и драмы, и комедии. Это фильм о дружбе, прежде всего. Главные герои – мальчик Макс и его нанотехнологичный робот Фокстер, который может превращаться в настоящую собаку.

Продюсеры с режиссером А. Матешко и актерами фильма «Фокстер&Макс»

Почему главный герой мальчик, а не девочка?

Е.К.: В этом фильме, по сути, три главных героя: мальчик, собака и девочка. Это история о взрослении Макса, когда он из робкого и застенчивого подростка превращается в крутого пацана не без помощи наноробота Фокстера и девочки Сони. Наноробот, в свою очередь, учится преданности, верности, дружбе. А между Соней и Максом завязываются романтические отношения, и героем он становится ради нее, так что девочка – один из ключевых персонажей. Поэтому, с точки зрения гендерного равенства, в нашем фильме все в порядке (улыбается).

На какие рынки вы ориентируетесь?

М.А.: Мы ориентированы на европейский рынок, в частности, на славянские страны: Польша, Чехия, Словакия, Болгария и другие европейские страны. Попробуем пообщаться с азиатским рынком. В любом случае, в мире есть дефицит на детское кино, его не так много снимают, поэтому мы чувствуем, что у нашего фильма есть потенциал.

А почему детского кино так мало у нас в прокате?

М.А.: Мое субъективное мнение: наверное, нет нужного количества качественного контента, который бы перебивал тот контент, который сегодня покупают кинотеатры, а это в основном блокбастеры.

Е.К.: В Европе есть хороший контент, однако у нас в Украине нет дистрибьютора, который бы специализированно занимался детским кино.

Максим Асадчий со съемочной командой фильма «Фокстер&Макс»

Что выгоднее снимать – полнометражное кино или телесериал?

М.А.: С точки зрения бизнеса, конечно, выгоднее создавать телевизионные проекты. Сериалы можно рассматривать как чистый бизнес, к тому же он менее рисковый, чем полнометражное кино. Там все предсказуемо и понятно: если ты вложил в него определенную сумму денег, то сможешь его продать за конкретную цену. Кино – это совершенно иной вид бизнеса, потому что когда ты его производишь, ты не можешь предугадать, как он пойдет в кинотеатрах. Он может выстрелить в прокате, а может и не выстрелить. И эта схема не только в Украине так работает, а и в США, в Европе и везде.

Е.К.: Если говорить об украинских фильмах, то они в принципе не способны самоокупиться, потому что на 42 миллиона жителей в стране приходится около 500 кинозалов, а билет в среднем стоит 3 доллара. Чтобы снять хорошее полнометражное кино, нужно вложить от двух до четырех млн долларов, а заработает он максимум 20 млн гривен, из которых половину возьмут кинотеатры, свой процент дистрибьютор, после этих выплат доход разделится между инвесторами пропорционально взносам. При этом затраты на промоушен фильма не входят в стоимость производства, это дополнительные инвестиции и их тоже нужно учитывать. Украинский прокат может окупить фильм с бюджетом 200 тыс. долларов.

Например, в Польше на 38 млн населения приходится около 3000 кинозалов и билет там стоит в среднем 10 долларов. Таким образом, у поляков больше шансов на возврат денег с проката, но также далеко не всегда и не в полном объеме. Детское кино вообще дотационное практически везде.

Что нужно сделать, чтобы украинские фильмы окупались?

М.А.: Нужно выходить на международный рынок. Единственная проблема – это язык. Фильмы на иностранном языке продавать сложно, потому что ни в Европе, ни в США фильмы не дублируются, а субтитрируются. Дублированные фильмы для взрослой аудитории смотрят только в постсоветских странах. Исключение – это детские фильмы. Их не субтитрируют, а дублируют, потому что детям сложно одновременно смотреть и читать субтитры. Вообще, дублирование считается страшным преступлением, потому что «убивается» оригинальная звуковая дорожка, а ведь актеры существенно доигрывают голосом. Так что для США смотреть дублированный фильм – это чуждо, поэтому для их рынка нужно снимать сразу на английском языке. Да, можно продать субтитрированный фильм на англоязычные рынки, но если он суперинтересный. Если же говорить о кино как о бизнесе, то нужно изначально снимать на английском.

Откуда вы привлекали инвестиции на фильм «Фокстер&Макс»?

Е.К.: Проект «Фокстер&Макс» на 90% был профинансирован государством. А остальные 10% — это продюсерские деньги, собственность компании. Сейчас еще ведутся переговоры и, возможно, у нас еще будут спонсорские деньги.

Вообще, я считаю, что создание детского кино – это основополагающее направление для развития кинематографа в целом, потому что нам необходимо взращивать молодое поколение на качественном украинском контенте. Через 5-10 лет эта молодежь составит ядро зрителей для взрослого контента. Таким образом, мы развиваем кино и развиваем зрителя.

Сколько нужно вложить на первоначальном этапе девелопмента?

Е.К.: От 20 до 30 тыс. долларов. Это покупка сценария, поиск стилистического решения, работа с художниками, дизайнерами, визуализация и создание тизера.

М.А.: Это тот необходимый пакет, с которым ты можешь ездить по рынкам и продавать проект, с тем, чтобы найти партнеров и привлечь финансирование.

Екатерина Копылова и актер Томаш Освичински

В современном кино продакт плейсмент выглядит очень навязчивым, неужели нельзя обойтись без него?

М.А.: Американцы и европейцы умеют делать его ненавязчивым. Вспомните хотя бы фильм «Мужчина и женщина» — это вообще продакт плейсмент «Мальборо», но разве вы это кино так воспринимаете? Нет!

Е.К.: Я противник продакт плейсмента – наглого, открытого и неорганичного. Продакт плейсмент хорош тогда, когда он незаметен и не кричит в кадре. Тогда он и работает на аудиторию, и не раздражает.

М.А.: А если раздражает, то тогда он вредит самому бренду.

Как вам работается вместе и сколько проектов вы сделали?

М.А.:  Вместе мы сделали два проекта.

Е.К.:  На самом деле, продюсерский тандем строится на профессиональных отношениях. Мне, например, более понятна и привлекательна креативная составляющая проекта на стадии девелопмента – от идеи и до непосредственной реализации. На сегодняшний день Максим Владимирович — лучший индустриальный продюсер в стране. И все, что касается производственного процесса, курирует он. Я же оставляю за собой творческий контроль. И никогда не пересекаюсь с партнером в плане индустриального производства фильма. Потом я снова активно подключаюсь на этапе постпродакшена, когда опять необходима творческая составляющая. Я придумываю, а Максим реализовывает. Нам хорошо работается, потому что мы дополняем друг друга.

Беседовала Ира Керст. Фото из личного архива Екатерины Копыловой и Максима Асадчего

— Читайте также: Digital_nomad: Как путешествовать, жить и работать спонтанно, без страховки и плана наперед

Мы в Facebook