Ответ на вопрос: «Может ли женщина иметь все и сразу?»

Без юмора не обошлось

Кимберли Харрингтон, мама, журналистка и человек с блестящим чувством юмора отвечает на вопрос: «Может ли женщина иметь все и сразу?»

Как и каждый житель планеты, я часто слышала как одни люди спрашивают: «Может ли женщина иметь все и сразу?», а другие отвечают: «Женщина может иметь все, но только не все одновременно». И знаете что, дорогие мои? Вы все ошибаетесь! Я имею все и сразу! У меня есть все!

У меня двое детей. И я чувствую огромное давление во время видеоконференций, когда предполагается, что я должна вести себя так, будто их нет.

По работе мне нужно знать все, что происходит в поп-культуре, а мой 11-летний ребенок говорит мне «прекратить себя вести так, будто ты вся такая классная».

Меня не мучает совесть, если я говорю, что я «на совещании», когда на самом деле занимаюсь детьми. Точно так же нет проблем сказать детям, что «маме надо поработать», в то время как я сижу в Facebook. У меня есть гибкая мораль и железная несознательность.

У меня есть дети, которые заставили меня делать все с предельной эффективностью и уверенностью в том, что моя профпригодность пошатнулась в результате материнства. У меня теперь есть одновременно и старушечья сутулость, и юношеские прыщи. Совещания на работе и дома тоже есть, и они совершенно бессмысленны. Бессмысленность — ключевой компонент моего бренда.

У меня есть коллеги-мужчины, они говорят мне, что я не достаточно агрессивна и что я никогда не добьюсь того, к чему стремлюсь на работе, а женщины-коллеги говорят мне, что я слишком агрессивна и я их всех угнетаю.

Еще мне приходится сцеживать грудное молоко, кажется, по сто раз в день. А если я в длительной командировке, то я еще и включаю в финансовый отчет стоимость пересылки емкости с молоком домой. Бухгалтерия, конечно, отказывается это оплачивать, потому что «какое отношение к работе имеет отсутствие матери рядом с младенцем, находящимся на грудном вскармливании». Думаю, вы можете себе представить, насколько я взвинчена на работе.

Кажется, что рано или поздно я стану героиней шоу Опры Уинфри Super Soul Sunday. Когда я фантазирую на эту тему, я уверена, что если когда-нибудь встречу Опру, то сразу попрошу у нее денег, хотя это совсем не вяжется с идеей передачи. Однако такова моя роль в семье — роль добытчика.

У меня есть смелость говорить то, что я думаю, задавать конкретные и неудобные вопросы о проекте, над которым я работаю, способность выдерживать объяснения группы мужчин по поводу того, чего же я не понимаю о женской целевой аудитории.

У меня есть способности к слушанию пространных речей о корпоративной культуре, дружелюбной к семье настолько, что, кажется, я слушаю волшебную сказку, во время которой во мне поднимается циничное желание потрепать говорящего по щечке за то, что он так красиво врет.

Я ем пиццу, доставленную на дом, а потом еще, и еще. Да, у меня есть столько пиццы, сколько я захочу.

У меня есть также фрустрация и раздраженность, слившиеся уже воедино. То есть, как вы видите, у меня есть абсолютно все и сразу.

Или я не поняла вопроса?

Источник: newyorker.com

— Читайте также: Вертолетчики: Когда родителям нужно прекратить «кружить» над ребенком?

Мы в Facebook