WoMo-портрет: Елена Ведерникова

О том, как стать мамой, которая не знает слова "никогда", важности принятия и отсутствии комплекса вины

Елена Ведерниковаосновательница центра творчества и развития детей «Сказочный замок», CEO компании «Manzana Club» и «SelecTour», мама Мишель, Лауры и Симоны считает, что дети — это триггеры, запускающие в родителях необратимые процессы качественных изменений мира. А особенные дети делают это еще быстрее.

О детстве, школе жизни и креативе

Мое детство было очень ярким, проведенным во дворе, без часов и телефонов. Мы играли в казаков-разбойников, строили халабуды, играли с мальчиками в футбол, ели пятилистную сирень и зеленые абрикосы, прятали «секретики» из стекла и цветов, делали куколок из одуванчиков, спасали бездомных кошек, играли в «кафетерий», прыгали в резинки и рвали на клумбах цветы к 1-му сентября. В то время мы мыслили категориями «районов», свой был некой зоной безопасности и, несмотря на то, что это были 90-е, нам было на улице хорошо! Мы практически не просили денег у родителей – как-то сами выкручивались, если нужно было купить подарки учителям, да и многое делали своими руками. Так что детство у меня было просто бескрайнее, оно было очень крутым и насыщенным. Все, что для меня было ценным в то время, я сейчас применяю в садах. Например, можно купить красивое и готовое решение для кукольного театра теней, а можно сделать так, как в детстве — перевернули столы, натянули белую простынь, поставили лампу – и так же интереснее? Так  мы тренируем и сообразительность, и смекалку, и творчество. Вспоминаю детство и понимаю, что нам было кайфово. А вот это все в итоге тренировало сообразительность и жизнерадостность, обеспечивая дальнейшую живучесть и стойкость.

Об образовании и работе

Я поступила в Европейский университет на менеджера безопасности, а от Академии СБУ получила юридическое образование. В жизни пригодились обе специальности. Любой предприниматель, работающий в Украине, меня поймет. Первый опыт работы, позволяющий оплачивать обучение, был в рекламе. Со временем я открыла свое рекламное агентство, потом мы с мужем купили еще авиакассы и туристическое агентство, стали организовывать яхтенные флотилии, а родив малышек, открыли детские садики. Сейчас в ближайших планах открытие инклюзивной школы и адвокатского бюро.

О семейных традициях, именах и декретах

У нас есть замечательная традиция в семье – раз в два года по ноябрям у нас рождаются девочки. Так у нас появились Мишель, Лаура и Симона. Над первым именем думали очень долго. Мы перелопатили тысячи вариантов, искали подходящие, а в итоге выбрали любимые с детства имена мужа, которые случайно попались на глаза, то песней, то в титрах сериала. Каждое точь в точь отображает основные черты характера, а девчонки на столько разные, что сравнить их невозможно как квадрат, зеленое и сладкое.

По документам я еще в декрете – я в него как впала 6 лет назад, так до сих пор и не выпала (смеется). Помню, как выплачивала зарплату, убегая в роддом. Мишель родилась 1 ноября, как раз в день зарплаты, и я помню, как скинула ведомости бухгалтеру и говорю: «Если там что-то не так (а у меня уже начались схватки), вы дайте мне максимум двое суток, я исправлюсь». С этими словами я закрыла ноутбук и улетела в роддом. С Лаурой я снова выплачивала зарплату, но уже 28-го числа. С Симой я открывала второй сад и улетала в Израиль с мыслью, лишь бы не родить в самолете. Все беременности проходили отлично, смешно, очень динамично и с мыслью об отпуске. С отпуском не сложилось, но удалось выспаться в роддоме. Так что в декрете я всегда и никогда.

О Лауре и садах

Лаура необычный ребенок во всех отношениях. Сады — это ее проект, они появились только благодаря ей. В 4 месяца после прививки мы практически потеряли ее, получив «овощ», к году она не могла даже сидеть и не фокусировала взгляд, а у нас сменился с десяток диагнозов и не было ни одной рабочей стратегии лечения. Сейчас уже все хорошо, и мы к 3 годам уже победили несколько «никогда»: Лаура ходит, начинает говорить, занимается с удовольствием на групповых и индивидуальных занятиях и светится. В ней столько жизни, что на подвиги она вдохновляет уже только своим видом.

Один из ее диагнозов — эпилепсия. Погасить приступ можно только при помощи врачей скорой помощи, а раньше и они не спасали, мы ехали сразу в реанимацию (на данный момент диагноз Лауры звучит, как «отдаленные последствия поствакцинальные энцефалита, прогредиентное течение, эписиндром, ликворная дисциркуляция, сенсомоторная алалия, мозжечковая дисфункция», — прим. ред.). Соответственно, я не могла себе позволить нахождение ребенка в садике без «своего человека», но на территорию даже частных садов не пускали еще пару лет назад так называемых «чужих людей». Так появился наш инклюзивный сад «Сказочный Замок», где ведется работа не только с малышами, а и с тьюторами, родителями. Мы очень прозрачные и демократичные. Оба «Замка» – закрытые частные территории с большим домом и своим двором, в каждом по три возрастные группы в саду (дети от 3 до 6 лет) и по две группы в яслях (дети от 1,5 года до 3 лет). В каждой группе 6 – 8 человек на занятиях.

Когда создавали сады, мы хотели, чтобы они были максимально не похожи на государственные во всем — от подхода до атмосферы, — мы хотели, чтобы малыши могли бегать босиком на улице, возиться с дождевыми червяками, рассуждать о континентах и национальных традициях на уроках, обсуждать Ван Гога и вомбата, подземные ископаемые и Пизанскую башню, гонять на квестах по дому и показывать малышам из ясель кукольный театр.

Я не согласна с подходом некоторых родителей особых малышей: «пусть у вас малыш просто посидит в уголке, он никому мешать не будет», малыши должны «мешать», они так развиваются. Нужно просто построить программу его индивидуального развития на базе сада, используя всю его ресурсную базу. Иногда нужна поддержка самим мамам и это не нечто особенное, а человеческое отношение и честность. Тогда складывается весь пазл и жизнь налаживается.

О прививках

Я прекратила эксперименты с прививками на четвертом месяце жизни Лауры, когда после плановой прививки АКДС (вакцина против дифтерии, столбняка и коклюша, — прим. ред.) получила полное отрицание проблемы врачами и это на фоне большой отечности, резкого косоглазия и дальнейшей череды эпиприступов. На качество вакцины не грешу, я как могла, перестраховалась, делая прививки в Израиле, израильской вакциной у израильского врача ребенку, у которого было по шкале Апгар 9 — 10 баллов при рождении и никаких претензий к состоянию здоровья. И пусть не кидают в меня тапками другие мамы и Евгений Комаровский, но своим дочерям я не делаю больше никаких прививок в принципе. В саду у нас много детей без прививок, и я считаю это личным делом каждого, пропаганды не веду, но прекрасно помню стоимость первого года жизни Лауры — 1 млн грн.

О балансе work/life

Как я нахожу баланс? Да никак (смеется)! По-хорошему, просто есть задачи и расставляются приоритеты. Все наши компании работают автономно, как большой механизм, маховик которого запущен, все на своих местах, знают, что делать, и работают на результат. Выстроив волшебную команду, живущую общим делом, остается вдохновлять и «подкидывать дрова». В целом все выглядит как один большой проект с разными направлениями, развивающимися соответственно актуальности назревшего вопроса в нашей жизни с целью его окупить. Но дети всегда в приоритете и наши тоже (смеется)! Пока мы работаем – они развиваются, когда мы вместе – никакой работы. Узкое место  — отпуск. Мы либо улетаем в теплые края все вместе на полгода, либо не можем никуда выехать, так как работа требует много внимания. Мы молодые родители, этому балансу еще учимся и у нас все еще впереди!

О стереотипах и комплексе вины

Есть пример, который я показываю собой невольно, — нет ничего невозможного! Конечно, с поправкой на приземление к реальности. Я понимаю, что вряд ли буду космонавтом. Хотя, если поставить задачу…. (смеется). Только зачем? В моей жизни есть куда более важные проекты, в которых я эффективнее, и значение их весомо для общества. Да, всегда можно опустить руки. В моем окружении есть огромное количество таких примеров, а мне так хочется отличаться. Комплекса вины нет. Вообще. Я вот даже думаю сейчас, к чему прицепиться? (смеется).

О типичных буднях и нетипичных выходных

Типичный рабочий день очень похож на жизнь любой из мам, живущей на два фронта: дом и работа. Я встаю в 6 утра, потому что младшая Сима (1,8 мес.), скорее всего, просится в туалет. Мы идем на горшок, там можем поговорить о жизни, параллельно постирать, помыть посуду, сложить разбросанные игрушки. Потом в этих промежутках просыпаются Лаура и Мишель, и я всех собираю в сад: умылись, оделись, заплелись, поели фрукты. Потом приходит няня, мы едем в сад. В саду быстренько пообщались с воспитателями, с нянями, с уборщицами, с завхозами. Потом, к примеру, приехал автобус и забрал детей на экскурсию, либо группы разошлись на занятия, а мы в это время приехали в офис на Печерск, попили кофе, поработали, съездили на две-три встречи, съездили во второй сад, если необходимо. Вечером вчера, к примеру, забрали дочек и двух их подружек из сада и все поехали к нам домой. Это уже пять малышей и все действия умножаем теперь на пять.

По поводу выходных. Нетипичный выходной, это когда нам помогает няня, тогда мы с папой убегаем из дома на максимальное количество времени, чтобы подтянуть какие-то свои хвосты, пойти в кино, посидеть в кафе. А есть типичный выходной, когда папа утром успеваем сбегать на стройку дома, а я остаюсь с дочками. Это значит всех накормить, помыть, подурачиться, порисовать, потанцевать, поиграть в прятки. Потом раз – и все решили поспать. После сна прогулка. Мы выходные стараемся проводить все вместе. Лаура, обычно, за папой закреплена, а на мне – Сима и Миша. Иногда дедушка забирает Симу и Мишу в гости, и когда Лаура остается с нами, она превращается в сладкое мороженое, тающее от внимания и заботы, которые ни с кем не нужно делить.

О том, что дают дети и что следует давать им взамен

Дети учат и меняют. Здорово, если ты готов меняться. Особый ребенок изменит тебя к лучшему, даже если будешь сопротивляться, просто потратит на это больше времени. Нам повезло быть впятером такой семьей, которая открыта и четвертому ребенку. Все, что необходимо малышам, – это безусловная любовь и принятие. Это другое поколение с иными ценностями и приоритетами, нам важно от него не отстать. Мы поняли, насколько важно заботиться о себе и своем здоровье, это необходимо не только нам, но и нашим девочкам, им нужны вменяемые родители. Мы научились ценить любой микроскопический прогресс в развитии Лауры, принять ее диагноз, быть готовыми к новым, мы узнали о ее болезни больше, чем могли бы себе представить, мы безгранично ею гордимся и полюбили рассказывать о ней всему миру.

Вы удивитесь, но некоторые люди, так и не смогли принять нашу жизнь такой, какая она есть, со всеми темпами, приоритетами и с особым малышом на руках. Поэтому мы научились расставаться с такими людьми и отпускать их из нашей жизни. По сути, мне кажется, что мы лентяи и, если бы не дети, ничего бы не добились (смеется). А еще мы просто боимся, что будет стыдно перед малышами не сделать все, что в наших силах, ведь сейчас уже есть, что в старости рассказать.

О принципах воспитания

Мишель скоро 6 лет, а мне до сих пор непонятно «как правильно» и «что лучше». Недавно мы смеялись над тем, что Мишель за пять лет ни разу не получила шлепка по попе, хотя меня лупили и в угол периодически ставили. Но я не вижу в этом смысла, и в детстве не видела. Это абсолютно бездарно потраченное время, что с одной, что с другой стороны. Почему? Потому что, когда я ходила в угол, — у меня там уже были заготовлены игрушки, — я прекрасно проводила там время. А цель какая была? Чтобы я над своим поведением подумала и не захотела больше в углу появляться (смеется)! И папа, каждый раз проходя мимо, говорил, чтобы я помирилась с мамой. А я думала, а зачем? Что изменилось за те 15 минут, что я тут сидела и играла? Это не несло никакой педагогической роли, вообще никакой роли. А что нужно было сделать? Нужно было просто со мной поговорить.

Мне говорили, вот вырастешь, будут свои дети, — тогда поймешь. Я выросла и не поняла. Поэтому я, наверное, такой протестующий родитель. Я за свободу и право выбора, я противник насилия в любом виде и за право на свои ошибки, я считаю, что достижения малыша нельзя подвергать сомнениям, но сравнивать с другими некорректно. Я прекрасно понимаю ценность времени, проведенного с ребенком. Я категорически против применения силы и рукоприкладства. Я считаю, что если ребенок доносит тебе какую-то мысль, то она реально важна, пусть даже она звучит странно, коряво и непонятно. Но именно в этот момент ребенка нужно послушать, слушать и слышать – это очень важно. Второго раза может и не быть. Помните, нам говорили, что яйца курицу не учат. Как раз именно они и учат, они — шикарное зеркало. Поэтому я не согласна с половиной тех принципов воспитания в моем детстве (сад, школа, институт), свидетелем которых я была сама.

Нас учили, что нужно заботиться о том, чтобы в старости было кому принести тебе стакан воды. Здесь речь обычно идеи о «возврате невозвратного долга» родителям. Я против таких «долгов», мне кажется сама позиция неверной, я считаю, что расчет за свое рождение и обеспечение малыш ведет посильно, отдавая максимум с первого вздоха. Сердцебиением, взглядом, улыбкой, первыми шагами, первыми горшками, достижениями в учебе, «мама, я тебя люблю», первым утренником и разговорами «о мальчиках» — эти моменты жизни делают тебя как родителя безгранично счастливым, ребенок наделяет твою жизнь смыслом и реализацией предназначения! О каком накопившемся долге к старости идет речь?

Я делаю все для того, чтобы никого не напрягать этим своим «стаканом воды». Это не вопрос денег, а вопрос организации отношений. Я не хочу быть обременительной старушкой к своим 90 годам. Я наверняка организую «стаканы» так, чтобы на пляже у меня была своя точка с прохладительными напитками, а мои дети с внуками будут приезжать ко мне потусить. Потом проверите, с удовольствием дам интервью (смеется).

О муже

Мне просто повезло. Такого папу еще попробуйте найти (смеется)! Мы с мужем, как сиамские близнецы, потому что 90% времени проводим вместе. Для него не вопрос перепеленать, приготовить еду. Он эксперт в диетах, зубах, в коликах, в снах, в лекарствах, в прекращении истерик. Это лишь малая часть того, что он делает помимо работы. Мы вместе с 2005 года. Мы настолько вросли друг в друга, что нам реально комфортно находиться вместе. Пару раз мы очень серьезно поругались лет 10 назад, и тогда приняли решение либо разойтись, либо прекратить мотать друг другу нервы, ведь бьешь по самым больным точкам, о которых другие не знают. И это сработало. Нам легко, мы логичные и последовательные во многом, хоть и очень разные.

И меня вот такой точно бы не было, если бы не Жора. Потому что вся эта уверенность и смелость – от него. Чувство тыла и безопасности – от него. Это, наверное, единственный в мире человек, который может подхватить то, что я делаю без всяких «но», без всяких подготовок.

Портрет мамы 21 века

Я не могу описать даже собирательный образ, потому что идеальная мама — это набор крайностей…  А поскольку я без понятия, какими были портреты мам предыдущих столетий я ничего толкового не скажу (смеется). Как ни странно, какая бы мама ни была в глазах общественности, ребенок ее любит всегда безусловно, он ее всегда оправдает и примет, ее всегда будет мало, а ей будет всегда чему учиться.

О самых больших страхах

Чего я боюсь больше всего в жизни? Эпиприступов у Лауры. Больше ничего.

Беседовала Ира Керст. Фото из личного архива Елены Ведерниковой

— Читайте также: WoMo-портрет: Римма Зюбіна

Мы в Facebook