WoMo-портрет: Ирина Лищинская

О жизни женщины в большом спорте, выборе между материнством и спортивным Олимпом и счастье, которое дается непросто

Ирина Лищинская, Sport Director в Run Ukraine, серебряный призер Олимпийских игр — 2008, серебряный призер Чемпионата Мира – 2007, мама двоих дочерей: Анны (17 лет) и Миланы (6 лет), о том, какие люди выживают в большом спорте, почему она не настаивала на спортивной карьере дочери, как начинала свою жизнь в новом городе после переезда из Донецка, и в чем опасность стереотипного воспитания «хороших девочек».

О детстве

Я в детстве ходила на самые разные кружки: макраме, гимнастика, вокал, причем никто меня за ручку не водил. Я все делала сама. Когда я перешла в новую школу, учитель физкультуры увидел мои задатки, что я подвижная, люблю скорость. Он предложил мне выступить на соревнованиях за школу, и я выиграла дистанцию на 400 м даже у тех, кто уже тренировался. С того момента я пришла в легкую атлетику. Знаете, я тогда и не предполагала, что буду строить спортивную карьеру. Мне просто это нравилось. Большая удача — встретить хорошего наставника в начале такого пути. Мне с этим повезло, мой первый тренер берег нас, прививал нам ценности, не форсировал развитие спортивной карьеры, а просто прививал любовь к легкой атлетике. И вот, она осталась со мной до сих пор.

Родители к моему увлечению относились с пониманием, они поддерживали меня. Я ведь была довольно стеснительным ребенком. Даже когда ехала в автобусе, мне было так тяжело сказать водителю: «Остановите здесь, на остановке». Я была очень хрупкой, застенчивой, и только в спорте я могла быть той, кем я хотела быть, — смелой! Той, у которой за плечами вырастают крылья!

О построении спортивной карьеры

Осознание, что я могу построить в спорте карьеру, пришло не так и быстро. Я помню, заканчивала школу, и в какой-то момент я поняла, что стою на месте. Несколько дней я просто не находила себе места, я не понимала: как это я уйду от тренера, ведь он же столько сделал для меня… Чувство вины срабатывало, но в то же время я понимала, что если не пойду дальше, то обману саму себя в первую очередь. И я перешла к другому тренеру, переехала в другой город. Но только годам к 20-ти я поняла, что там, в спорте, — целый мир, и меня столько всего еще ждет! И я хотела себя испытать, понять, насколько меня хватит.

О выборе, который вовсе не был выбором

В 19 лет я вышла замуж. Карьера развивается, за плечами уже немало побед и достижений, в 1997-м я выиграла Чемпионат Европы по молодежи, Всемирную Универсиаду, тренер давит, что нужны результаты, победы, как вдруг я узнаю, что беременна. Да, можно было бы сказать себе: у тебя только-только все начинается, ты молодая, рожать рано. Ведь очень часто девушки в спорте боятся рожать, потому что думают, что потом карьера не сложится. А я боялась, что не смогу потом родить. Я понимала, что теряю многое в плане карьеры, но, с другой стороны, я осознавала, что карьера в спорте ведь недолговечна, и что тогда? Я подумала, что если сделаю аборт, то потом никогда себе не прощу. Муж меня поддержал в этом решении, а вот тренер просто отвернулся.

О декрете и Олимпийских играх

Это был 2000-й год, мне — 24 года. И я хотела сделать какую-то передышку, насладиться этим моментом и новым ощущением, но было сумасшедшее безденежье от того, что тебе обрезали все финансирование. Я решила, что не хочу для себя такой жизни больше никогда, я хочу зарабатывать. К деньгам я отношусь очень спокойно, они приходят и уходят, но в то же время они дают тебе независимость для действий. Я сказала себе тогда, что нужно вернуться в спорт, чтобы как можно быстрее стать на ноги, тем более было уже столько усилий приложено. Но вот найти тренера было не просто, и мы решили работать вместе с мужем. Нам ставили палки в колеса во всем, куда можно было брать — не брали. Я видела, кого поставили на мое место, и понимала, что это просто конвейер человеческих жизней. Сегодня — одни, завтра — другие. Но для себя я решила: моя жизнь — в моих руках, и я иду своим путем.

В июле я родила, в октябре начала двигаться понемногу, а весной уже вышла на дорожку и выиграла сразу две дистанции. С одной стороны, нас никуда не брали на тренировочные сборы, и я бегала дома, с другой, мне нравилось, что никто не мог видеть, как я тренируюсь, а потом на соревнованиях я неожиданно всех удивила. Вы не представляете, как было трудно восстановиться после родов! Главная проблема – недосып. Я была просто, как зомби. Мне казалось, что я могу заснуть стоя. Но мне помогала семья и мы вырулили. Я следила за тем, как реагирует организм, с каждым последующим беговым сезоном улучшала результаты, очень радовалась, что уже вошла сначала в топ-25 мира, а потом в первую десятку.

Я мечтала о медалях Чемпионата Мира и Олимпиады. Мне раньше это казалось каким-то космосом. Но со времени выхода из декрета у меня все начало получаться, я поверила в себя и поняла, что все реально – они смогли и я смогу. Для успешного результата важна физическая форма, психологическое состояние и в любом случае – удача. Вся эта ситуация сделала меня намного сильнее, я усвоила урок: ты всегда должен рассчитывать только на самого себя и свою жизнь необходимо строить самой. И о том своем выборе я не жалела ни секунды.

Об уходе из большого спорта

Очень часто люди боятся покидать спорт, потому что не знают, что делать дальше, — это как шаг в пустоту. После побед на Олимпиаде ты можешь просто ездить на коммерческие соревнования зарабатывать деньги. Я после Пекина, где взяла серебро, была еще лучше подготовлена физически, но психологически я чувствовала сильную внутреннюю усталость, потому что я постоянно боролась с какими-то проблемами: то не пускали на стадион и негде было тренироваться, то еще что-то. И все это ужасно отвлекало и утомляло. А когда ты выходишь на старт с мыслью «А что я здесь  делаю?» — это ужасно, это значит, что происходит что-то не то. У меня была внутренняя борьба, с одной стороны, я понимала, что нужно было зарабатывать, кормить семью, а с другой, я чувствовала, что больше так не могу. Мне предложили поехать на чемпионат мира в Берлине и уже потом решить окончательно. В Берлине я пробежала отлично в предварительном забеге, вышла в полуфинал, и вдруг начался дождь. В первый раз за всю мою карьеру соревнования отложили на 40 минут. Все спортсмены продолжали разминаться, а я села на скамью и поняла: это все, я больше не хочу, я сошла, я закончила.

После ухода я родила вторую дочь, мы занимались строительством дома, я подумывала открыть свое дело, но не была уверена до конца. И вот, решилась организовывать детские соревнования по легкой атлетике – «Надежда Донбасса». Я зарегистрировала беговой клуб, мне хотелось сделать что-то хорошее для детей, а потом Донецк выиграл право на проведение юношеского чемпионата мира по легкой атлетике и меня назначили главой организационного комитета. Это был 2013-й год.

О новой жизни в новом городе

Когда события начали разворачиваться в Донецке, нам пришлось очень быстро уезжать. Мы за полчаса собрали вещи и покинули город. Казалось, что через пару недель все успокоится, но не случилось.

Какое-то время я пребывала в депрессии. Я привыкла к активности и не понимала, что будет дальше, куда идти. Работа ради работы — это не для меня. Я люблю быть при деле, но я — свободный художник, я люблю управлять своим  временем сама. Меня пригласили организаторы Киевского полумарафона и марафона провести открытую тренировку и предложили сотрудничать в дальнейшем. Да и люди, которые приходили на эти тренировки и пробежали Киевский полумарафон, подходили и спрашивали — а что дальше? Мы хотим продолжать. И мы приняли решение организовать беговой клуб Run Base Kyiv, а позже я стала спортивным директором Run Ukraine, в компании, которая организовывает самые лучшие массовые мероприятия по бегу в Украине.

О дочерях

У дочерей разница 11 лет, они очень разные, дружные и за ними интересно наблюдать. Старшая Аня с детства была со мной на стадионах, видела тренировки и заявила как-то даже, что не пойдет в спорт. Я никогда не заставляла. Но спустя какое-то время она начала ходить в детскую группу. Я наблюдала за ней и понимала, что психологически это все-таки не ее, потому что в спорте ты должен быть, как кремень, иначе тебя там просто разнесут в щепки, если ты будешь колебаться и копаться в себе. И в какой-то момент я поняла, что дочь не хочет заниматься спортом, но боится признаться в этом и разбить возлагающиеся на нее надежды. У нее хорошие задатки, сильная стопа, мы надеялись, что она получит стипендию и образование в США. Когда она мне сказала, что больше не хочет заниматься, я ей ответила: «Ты осознаешь, что тебе вне спорта придется пробивать стены самой еще сложнее, потому что жизнь — трудная штука?» Но я ее выбор поддержала и сказала: «Я с тобой в любом случае». Я понимала, что не всем быть спортсменами, а из-под палки ничего и никогда не получится. Я никогда не лезла в ее учебу, ее оценки — это ее оценки. Сейчас дочь идет на золотую медаль, планирует развиваться в IT-сфере и хочет уже начинать зарабатывать, быть самостоятельной.

Младшую дочь я не вожу ни в какие кружки, позволяю ей просто быть  ребенком и наслаждаться детством. Если ей скучно, она садится и рисует. Она ходит со мной на тренировки, делает разминку вместе с нами. Но я не хочу ее пока что ничем перенагружать, и спортом в том числе.

О принципах воспитания

Я придерживаюсь принципа, что любые конфликты нужно проговаривать, иначе благодаря нашей фантазии мы такого можем себе понапридумывать. И этот же принцип применяю в воспитании детей, учу их проговаривать свои чувства, боли и переживания. Я считаю, что детям важно научиться ценить себя, ощущать себя личностью, уметь расставлять границы, чтобы они смогли увидеть, когда их нарушают и ими манипулируют. В том числе уважать границы других людей. Важно их научить принимать себя такими, какие они есть, научить не бояться делать что-то новое. А то, пока будешь бояться, и вся жизнь пройдет. Ну и, конечно, любить их безусловно

О том, чему учат дети

Мы часто забываем о непосредственности и радости от простых вещей. Дети учат помнить о том, что счастье в мелочах, и, конечно, честности, стрессоустойчивости и терпению.

О настоящем счастье женщины

Многие годы я все делала для семьи, близких, но очень мало думала о себе. Как будто постоянно доказывала кому-то, за что тебя нужно любить. Я не ценила себя, винила во всех проблемах только себя и не замечала, что иногда мною манипулировали. Вот этот стереотипный подход в воспитании «ты должна быть хорошей и покорной девочкой» сыграл против меня в браке. Долгое время я подавляла свои чувства и эмоции, а потом поняла, что больше так не могу и не хочу.

Сейчас если мне плохо — я плачу, хорошо — смеюсь, я не пытаюсь кому-то что-то доказать и быть удобной для всех в ущерб себе. И дочки видят мой опыт, видят, как нужно быть счастливой. Только теперь я поняла, что нужно ценить себя, тогда ты будешь счастливой. Я делаю то, что мне приносит удовольствие, окружаю себя хорошими людьми, сама управляю своей жизнью, я научилась говорить «нет», слушаю и не обманываю себя. Жизнь одна, и никто не имеет права тебя ломать.

О страхах

В последнее время столько всего произошло, чего я боялась. Сейчас самый большой страх — потеря близких. Поэтому для меня главное, чтобы все родные были здоровы, тогда я буду счастлива, а остальное выстроится само собой.

О портрете мамы ХХI века

Она самодостаточная, она не сидит только дома, помнит, что у нее есть свои желания. Но каждая выбирает свое, вариантов, какой может быть мама и женщина, миллион, главное, чтобы она сама знала, какой хочет быть.

Беседовала Татьяна Касьян. Фото из архива Ирины Лищинской

— Читайте также: WoMo-портрет: Евгения Сидоренко

Мы в Facebook