Новые европейцы: Второе поколение иммигрантов в Италии

С гражданством и без него

Сколько украинских граждан находится за границей? Цифры приблизительны и зависят от методики подсчета. В июне 2016 года Министерство иностранных дел Украины заявляло о 5 миллионах наших граждан, легально пребывающих на территории иностранных государств. Сколько из этих миллионов детей и подростков, которые вот-вот вольются в культурном и юридическом смысле, в новую реальность на правах граждан? 

В Италии официально иностранцев находится 3 714 137 человек (234 066 — украинских граждан). Многие из трудовых мигрантов перевозят за собой семьи, детей на постоянное место жительства. По данным Института статистики в 2016 году в Италии получили гражданство 18 4638 иностранцев, из них 41,2% — дети и молодежь до 20 лет. Как живется тем, кто очень долго находится в статусе ребенка-иностранца?

Оля и Милош из Сербии

Оля Перисич приехала в Италию из Сербии (которая, как и Украина, не является членом Евросоюза), она преподаватель сербо-хорватского языка в университете города Турина, что на севере Италии. Оля также сотрудничает с культурными ассоциациями, работает переводчиком. Через десять лет после переезда в Италию она получила гражданство. Ее сын Милош, студент университета, получил итальянское гражданство незадолго до своего совершеннолетия.

Как получилось, что ваша семья решилась на переезд?

Оля: «Нас в Италию привела сама жизнь. В свое время мы с мужем искали надежное место, где могли бы спокойно растить сына. Малышу было три года, когда мы решили уехать сюда из Греции, где работали — там мы познакомились с итальянцами, которые в последствии очень помогли нам перебраться. Но как только я оказалась здесь, я поняла, что меня ждет только работа уборщицы или официантки. Учиться мне всегда нравилось, несколько лет я была студенткой юридического факультета в Белграде, но потом началась война, и в Сербии я больше жить не хотела. Здесь, в местном университете, я получила степень магистра иностранных языков и литературы, а сейчас занимаюсь докторатом в сфере Digital humanities.»

Насколько справедливым вам кажется закон, не признающий тех же прав детям иммигрантов?

Оля: «Мой сын родился на Крите, сюда переехал совсем малюткой, учился в школе и университете здесь. Закон мне казался совсем несправедливым и так хорошо, что нам с мужем все-таки удалось получить итальянское гражданство до совершеннолетия Милоша. Иначе по достижении 18-летия ему срочно надо было найти стабильную работу, либо поступить в университет и продлевать вид на жительство каждый год — это огромная трата нервов и денег. После университета вид на жительство для студента заканчивается и надо либо стабильную работу (а таких рабочих место крайне мало), либо в Сербию, которая никакой и не дом для него.»

Милош: «Пока я был маленьким, я не ощущал каких-то ограничений. Вопрос стал более острым с приближением совершеннолетия: я заметил, что лишен права голосовать и особо никуда не могу поехать за границу, имея паспорт Сербии. Каждые два года я должен был ходить продлевать вид на жительство, а это было очень нудная процедура, мне приходилось пропускать уроки, контрольные.»

Как вам удалось получить гражданство, что для этого было нужно?

Оля: «Заявление на получение гражданства иностранец может подать через 10 лет легального пребывания в Италии. Важен и доход, который рассчитывается на каждого члена семьи. К счастью мой муж все это время не сидел без работы, поэтому с показателями дохода и у меня все было в порядке, я не потеряла права на подачу документов. По закону после подачи заявления ты ждешь ответа 24 месяца, поэтому от переезда до получения гражданства можно ждать 12-13 лет. Милош, будучи еще несовершеннолетним, получал право приобрести гражданство вслед за первым из родителей, который его дождался, но мы с мужем стали итальянскими гражданами одновременно, ну а сын уже вслед за нами. Интересно получилось с фамилией, здесь в Италии женщины не меняют девичью фамилию, когда вступают в брак, а у нас — меняют, я все время здесь была на фамилии мужа, и тут мне сказали, что надо менять на девичью. И это было немного проблемно, потому что все документы, диплом, в общем — все надо было переделывать».

Зачем вам итальянское гражданство и чувствуете ли вы себя итальянцами?

Оля: «Итальянское гражданство для меня — это равные права и обязанности. Например, итальянский паспорт дает мне возможность путешествовать куда я захочу. Я могу занимать должности на госслужбе (в Италии государственными, или «публичными» служащими считаются, например, учителя государственных школ или врачи государственных санитарных структур, полиция, чиновники в местных органах власти, работники почты и т.п. Их рабочие контракты являются самыми выгодными с точки зрения социальной защиты и, нередко, уровня зарплаты, граждане из стран, не входящих в ЕС не могут принимать участия в конкурсах на должности в государственном секторе. — Прим. Ред.). Так как я здесь живу, мне хотелось бы голосовать — гражданство дает мне на это право. В конце концов, я могу дать своему сыну нормальную жизнь, такую же, как у его сверстников. В культурном смысле мне сложнее, потому что сербкой я себя никогда особо не ощущала, экс-югославкой — да, но когда я езжу в Сербию, то чувствую себя итальянкой. В общем, в обеих культурах мне нравятся разные аспекты и я не откажусь ни от одной из них.»

Милош: «Для меня итальянское гражданство очень важно, потому что я здесь живу с трехлетнего возраста. Мои родители из Сербии, но я ощущаю себя итальянцем во многом. Конечно, я знаком с сербской культурой, она — часть меня, но итальянская часть во мне коренится очень глубоко, думаю, что в культурном смысле я — итальянец.»

Томаш из Польши

Томаш Скоцки — преподаватель итальянистики в Варшавском университете. Когда ему было 10 лет, его родители были приглашены в качестве инженеров на работу в Италию. Томаш закончил школу и университет в Турине, но ни он, ни его семья за итальянским гражданством не обращались. Сейчас Томаш и его родные живут в Польше.

Как прошла ваша интеграция в итальянской школе?

До этого переезда я никогда не был за границей. Помню как мне было интересно увидеть новую страну: только потом, с годами, я стал понимать, насколько тяжело было моим родителям решиться на это с тремя детьми. Приехали мы в августе, то есть я почти сразу, не зная языка, отправился в школу. В первые месяцы это было самой большой проблемой, но у меня в классе оказалась девочка, наполовину полька — она-то мне все и переводила. Пока учителя не решили, что из-за этой девочки я вообще не прогрессирую в изучении итальянского. Они были правы. Но для того чтобы изучить итальянский в совершенстве, особенно письменный, мне понадобились годы. Тем не менее, я «догнал» своих одноклассников и сдал в один год экзамены за два класса. Учился я потом в элитном научном лицее, где были дети из семей среднего класса и «высшего общества».

Стали ли вы жертвой стереотипов об иностранцах?

Честно говоря, я не чувствовал себя ограниченным в чем-то из-за происхождения. Иногда мне было трудно уловить все оттенки в устной речи, особенно что касается молодежного жаргона. Но потом я много стал смотреть телевизор и читать комиксы, и быстро «наверстал упущенное». Я пережил пару эпизодов буллинга в средней школе, но, по-моему, это неизбежно, неважно — итальянец ты или иностранец. В лицее же, кроме, детей «из приличных семей», было еще и очень много учебы, все остальное отходило на второй план. Кто лучше учился, тот имел более высокую оценку учителей и более высокий статус, тут уже все равно, какое у тебя происхождение. На нашей параллели все иностранцы собрались в одном классе, это был я и еще одна девочка из Албании, а потом пришла еще одна румынская девочка — вот у нее проблемы с языком до конца лицея оставались. В общем, надо мной подшучивали, конечно, но, в основном, не из-за фамилии, а из-за того, что я был такой крупный мальчик. Но, честно, мне кажется, что за этими подколками не было злого какого-то умысла, только желание повеселиться. Я уверен, что чем более образован человек, тем меньше в нем желания рассматривать иностранца как экзотическое животное, тем меньше он склонен к расизму. Но я точно помню, что мои родные избегали говорить по-польски на людях или старались говорить тихонько, чтобы не привлекать лишнего внимания. Это случалось особенно в первые годы нашего пребывания в Италии, тогда Польша еще не была в ЕС, а мы поняли, что быть здесь иностранцем, со всеми этими разрешениями и бюрократией — очень и очень непросто. Слава богу, потом придумали давать бессрочный вид на жительство, это очень упростило нам жизнь.

Кем вы себя считаете: поляком или итальянцем?

Не смотря на все сказанное, я никогда особенно не чувствовал себя итальянцем. Конечно, уже будучи взрослым у меня было несколько внутренних конфликтов с моей польской идентичностью, в первую очередь, с родным языком. Но и в 20 лет я еще не знал, нужно ли мне просить итальянское гражданство или нет, а ведь после университета мне надо было что-то решать насчет будущего. Ни мои родители, ни мои сестры никогда не хотели интегрироваться как я, наша семья всегда знала, что мы в Италии — временно: сначала это были «только 2 года», потом «4 года», потом «посмотрим». Мои родные точно никогда даже не допускали мысли получить гражданство и остаться. Теперь мы все живем опять в Польше, ни у кого из нас нет итальянского гражданства, но, возможно, когда-нибудь получить его опять станет возможным, кто знает! Насчет работы я вообще промолчу: меня угораздило закончить университет прямо в пик кризиса 2008 года, когда казалось, что само понятие «работа» куда-то исчезло. Поэтому я вернулся в Польшу, поступил на докторат по итальянистике, работаю теперь тут же, в Варшавском университете. Не могу не признать, что кое-какие сожаления у меня есть и мне нравится ездить в Италию, но надо где-то и как-то зарабатывать на хлеб насущный, поэтому я там, где для меня есть работа.

Устаревший закон и новая реальность

Новый закон Италии о гражданстве не был принят Сенатом в июне 2017 года, а потому регулирует вопрос о приобретении итальянского гражданства Закон № 91 от 05 февраля 1992 года. Согласно его норм, на сегодняшний момент итальянское гражданство приобретается iure sanguinis, то есть ребенок либо рождается от хотя бы одного родителя-итальянца, либо усыновляется итальянцами. Пути приобретения итальянского гражданства ius soli, по принципу территории, немногочисленны: если ребенок рождается на территории Италии от родителей-апатридов (без гражданства) или от неизвестных родителей, или от родителей, которые не могут передавать детям своего гражданства согласно закону страны их происхождения. Итальянское гражданство может даваться по запросу иностранным гражданам, которые постоянно проживают в Италии, при наличии у них определенных реквизитов, например, дохода и непрерывного проживания с пропиской в Италии в течении 10 лет.

Самым распространенным случаем приобретения итальянского гражданства детьми иммигрантов является приобретение его автоматически в случае получения гражданства родителями, либо по достижении ребенком иностранцев, рожденным в Италии, совершеннолетия, при условии его непрерывного легального проживания на территории страны. Именно дети иностранцев, рожденные в Италии или переехавшие туда в юном возрасте, создали целое общественное движение: они считают себя точно такими же итальянцами, как и их «коренные» сверстники, при этом им приходиться иметь  проблемы с документами, правами, профессиональными возможностями. Такие ребята создали организацию G2-Seconde generazioni («Второе поколение»), которая не только показывает обществу абсурдность ситуации с детьми иммигрантов, десятилетиями проживающими в Италии без прав, но и борется за принятие нового закона, который существенно расширит возможности приобретения итальянского гражданства для тех, кто считает Италию второй, или даже единственной, родиной.

Беседовала Татьяна Гордиенко

— Читайте также: Свой среди своих: Оптимальная стратегия адаптации к жизни за границей

Мы в Facebook