«Я ужасная мать»: Откуда у родителей появляется чувство вины перед детьми

Психолог Сватлана Ройз о том, где искать "точки спокойствия"

Размышления о родительском чувстве вины… Я не верю в семинары-тренинги-статьи, которые просто рассказывают о том, как «правильно» и «идеально» поступать и оставляют ощущение, что все изменится, стоит лишь взмахнуть волшебной палочкой. Сколько бы мы ни заучивали «правильные» тексты и инструкции, — в критической ситуации мы будем действовать так, как для нас естественно, так, как диктуют наши сформированные нейронные связи. Наша задача не зазубрить мануал, а вернуть себе то состояние, в котором мы можем осознанно выбирать свою реакцию, в котором можем различать потребность человека, скрывающуюся за его непродуктивным поведением, и в котором мы можем осознанно применять или не применять то, что кажется для нас действенным.

Научиться чувствовать себя

Сколько есть разночтений и манипуляций в темах грудного вскармливания, совместного сна с детьми, вакцинации, раннего развития, образования… На родительском страхе и вине зарабатываются состояния.

Можно принимать любое решение, исходя из собственной «точки спокойствия», из осознания того, что нет правильных универсальных решений. Есть наш конкретный ребенок с его конкретной «базовой комплектацией». Иначе нас разорвет от количества мнений и методов. Не существует учебника, написанного под конкретного ребенка, — мы сами его пишем. И важно постоянно переписывать его при помощи собственного опыта и любови. И только родитель, ориентируюшийся в контурах развития, чувствующий своего собственного ребенка, может выбрать, что же подходит именно ему. А почувствовать своего ребенка и его потребности, его состояние можно, если умеешь разделять состояние, эмоции, ощущения, потребности ребенка со своими. А значит, чувствуешь себя самого. И, как по мне, это основная задача «родительских тем» — курсов, статей, программ.

Войти в состояние равновесия

«Как вернуть себе то состояние, в котором бы я был в контакте с собой, осознавал свои эмоции и потребности, был настолько в ресурсе, чтобы гармонично выстраивать свои границы, границы семьи, чтобы чувствовать потребности и потенциал свой, своего партнера, своего ребенка и мог гармонично проявлять любовь?» — Задаются многие родители вопросом.

Бесполезно обучать родителей думать головой во время детских истерик, не объяснив, почему они бывают, как различить «возрастную норму», невроз и манипуляцию, и главное, как вернуть себе взрослому состояние равновесия во время истерики. Только после разъяснений этих тем можно говорить о порядке действий: как помочь ребенку справиться с эмоциональным зашкалом и научить его новому способу реакции или как сдержать свои эмоции, чтобы не треснуть, не наорать, не послать доброжелателей или не попасть в состояние «яужаснаямать».

Теория и практика

В конце каждого семинара я спрашиваю студентов: что вы почерпнули из этого семинара? Это может быть ощущение, практика, мысль, игра, —  что-то, что станет точкой входа для дальнейшей закадровой работы студентов.

Достаточно часто студенты говорят, что ощущают вину за то, что столько делали «неправильного» со своим ребенком. И сколько бы я не работала над собой, со своей ненужной ответственностью за чужие чувства, этот ответ — моя терапевтическая грусть. Да, он говорит о том, что я стала для студента критиком, и да, это говорит о том, что нам со студентами предстоит работа — не с ребенком — а над собой. Работа по возвращению своей взрослой силы, зрелости-взрослости, уверенности, снятию с себя ожиданий своих собственных родителей….

Если общение с детьми вызывает чувство вины за то, что мы не умеем играть, за то, что нет сил, за то, что могут быть не интересны их занятия, то можно для начала выбрать в общем контакте с ребенком то, что доставляет нам настоящее удовольствие, то, в чем мы можем ощущать близость. А потом, если будет потребность, разобраться с тем, куда уходят силы и как их восполнять, почему сложно входить в состояние игры (а ведь игра — это занятие нашего «внутреннего ребенка»).

Я осознаю, что часто студентов, если быть честными, и приводит на семинары чувство вины и страх быть плохими родителями. И я всеми силами стараюсь вернуть — и себе в том числе — осознание того, что за чувством вины нет развития. И часто рассказываю студентам, что я со своими многотомными знаниями «о том, как идеально» ошибалась, ошибаюсь и наверняка буду ошибаться со своими детьми. И удивляюсь и буду удивляться, насколько разные дети в одной семье и насколько разные подходы к каждому нужны и важны.

В каждый момент времени мы даем то, что у нас есть. И наши родители, и мы даем самое лучшее из того, что сейчас в наличии. Нам важно, чтобы в наличии было все больше и больше. И, возможно, то, что мы считаем своими ошибками, обернется для наших детей важными обретениями. Я верю, что мы многое можем изменить и исцелить. И с каждым нашим новым обретением себя мы даем большее качество контакта.

А, может быть, это самое главное, чему дети у нас учатся — как быть в контакте с собой, друг с другом, с миром?

— Читайте также: Советы учителя: 101 способ справиться со стрессом

Мы в Facebook