Многие родители уверены в том, что подростки только и делают, что занимаются случайным сексом. Даже хуже — в их среде всегда присутствует сексуальное насилие и нет никакой надежды на исправление ситуации. Ситуация на самом деле еще более сложна, особенно для девочек, считает Пегги Оренштейн, автор книги «Девочки и секс» (Girls & Sex), поэтому родители должны сделать все, чтобы наши дети сформировали здоровое отношение к сексу и удовольствию. 

Самое развратное поколение?

Мы только и слышим о том, что нынешние подростки занимаются сексом намного чаще и начинают вести половую жизнь намного раньше, чем предыдущие поколения. Вы удивитесь, но это не так. Если вы подразумеваете под сексом проникновение, то нет, не чаще и не раньше. Вот уже несколько десятилетий подряд средний возраст для первого секса в «традиционном» смысле — 17 лет. Но вот важный шаг: нам нужно прекратить относить к сексу как к только лишь пенетрации. К сексуальности относятся и все прикосновения, поцелуи, все то, что имеет отношение к влечению, удовольствию, эротизму. Детям нужно обо всем этом говорить, а то потом оказывается, что они активно практикуют оральный секс — «это ж не считается» — без соблюдения основных правил сексуального взаимодействия: безопасности, согласия,  уважения и т.д.

Интимная справедливость

Девочки-подростки, с которыми я говорила в процессе создания моей книги, говорили, что заинтересованы в сексуальном взаимодействии, но далеко не всегда получают удовольствие от него. В связи с этим я хочу привести термин «интимная справедливость», который ввела Сара МакКлиланд, психолог из университета Мичигана. Точно так же, как вопросы о распределении домашнего труда между партнерами, секс соотносится с проблемами гендерного неравенства, психологического здоровья, экономической зависимости и насилия.

Попытаемся ответить: «Кто чувствует себя в праве инициировать секс? Получать от него удовольствие? Кому от него хорошо? Как каждый партнер определяет, что такое «хорошо?» Гетеросексуальные девушки, с которыми я говорила (у лесбиянок и бисексуалок была другая картина), живут в мире «интимной несправедливости», в котором их удовольствие, радость, понятие о «мне хорошо»- абсолютно второстепенны, если их вообще принимают во внимание. Как мать, женщина и феминистка я хочу, чтобы эта ситуация изменилась. В книге я говорю, например, о том, что мы учим девочек стыдиться своих гениталий. Очень редко мы им рассказываем о клиторе, максимум — о месячных и нежелательной беременности. Поэтому сами себе доставить удовольствие большинство девушек не умеют, но участвуют, с подачи парней, во невзаимном оральном сексе. Неудивительно, что потом взрослые женщины испытывают оргазм гораздо реже своих партнеров-мужчин.

Решительные, но не с парнями

При этом общество хочет, чтобы девушки выглядели и вели себя очень сексуально. Но зачем, если они не получают удовольствия? Что бы они были чьими-то куклами для секса? Как девочки, выросшие в такой культуре, могут отстаивать свои интересы в интимной сфере? Я говорила со многими девочками, которые были очень разумными и решительными, но они рассказывали о том, что им сложно быть такими же решительными, когда парни заводят разговор об интиме. Они чувствуют, что сказать «нет» неудобно. Одна девочка рассказывала, какие у нее в семье из поколения в поколение сильные женщины, она в том числе. Потом она рассказала о своих разовых сексуальных опытах — не таких уж желанных, не таких уж приятных, добавив, что общество видит женщину в сексе пассивной, не выражающей своих желаний и нужд. Тогда я напомнила о ее определении себя как сильной женщины в ряду сильных женщин. Она усмехнулась: «Кажется, нам никто не говорил, что понятие «сильная женщина» имеет отношение к сексу». Таким образом, проблема в том, что мы учим девочек быть активными, решительными и уметь защищать свои интересы в публичном пространстве, но не в личной, не в интимной жизни.