Ирина Галай: «Денали на Аляске — самая честная гора из всех, там любое твое движение может стать последним»

Пять вершин бесстрашной любительницы приключений

Ирина Галай – первая украинка, покорившая самую высочайшую гору Эверест в прошлом году, продолжает свои восхождения на горные пики. Эверест стал четвертой вершиной, на которую взошла альпинистка, а совсем недавно она вернулась с Аляски, где поднималась на «гору с характером» Денали. Мы встретились с Ирой и поговорили о том, что значат для нее эти пять вершин, какие тайны приоткрылись спустя год с выходом фильма «Ген высоты», как влияют такие экспедиции на состояние здоровье и содержимое рюкзака, и почему она хочет совершить сольное восхождение.

Ира, ты поднялась на пять высочайших вершин мира. Можешь описать, какой для тебя была каждая из них?

Первой был Эльбрус — самая высокая точка Европы. Эльбрус — это, как кавказский мужчина. Было очень тяжело, я шла тогда с гидом, и это была всего лишь вторая гора в моей жизни. Я чувствовала в себе миллион сил, но погода была просто ужасной. Я хотела все время наверх, а гид меня не пускал. Это ведь было до Эвереста, и мы не знали еще, на что способен мой организм.

Вторая гора — это Килиманджаро. Я ее назвала мама-Африка. Я вообще полюбила Африку именно из-за горы, потому что так просто туда я, наверное, и не попала бы. Я потом еще раз вернулась в Африку, ездила на сафари, а возле моей гостиницы было озеро, где плавали бегемоты. И ночью не возможно было выйти, потому что они нападают на людей. Но местные с ними взаимодействуют, как у нас с собаками и котами. Килиманджаро мне далась легко, я была в большой группе, поднялась первой на вершину, даже некому было сфотографировать. (Смеется).

Третья гора — Аконкагуа. Это такая вредная женщина. Технически гора была несложной. Но что меня поразило, — это труп, лежавший на спуске на высоте 6300 м. Ладно бы это было на Эвересте, там действительно невозможно спустить тело. Но для той горы это было не нормально, и это подкосило, конечно, нашу группу. Плюс нас там потрепало белым ветром, — это такая снежная буря, из-за которой ты ничего не видишь. Мы из-за этого ветра просидели в палатке 56 часов. Да и вершина далась тяжело, может, потому что команда была большой — 11 человек. Если бы нас было меньше, я бы, конечно, рвалась вперед.

Четвертая гора — Эверест. Для меня Эверест — это друг. Обычно это гора вызывает у людей мурашки — «гора смерти». А у меня страха не было ни капельки. Когда я приехала в базовый лагерь, я поняла, что все будет хорошо: он меня впустит и выпустит. Тогда же проходили съемки фильма Валдиса Пельша «Ген высоты». В их группе была Татьяна Яловчак (вторая украинка, поднявшаяся на Эверест, — прим.ред.). Как правило, поднимаясь на гору, приходится потом спускаться, чтобы штурмовать дальше, потому что люди не выносят такой нагрузки на организм. А я остановилась на высоте 6400 м и провела там десять дней, потому что чувствовала себя нормально, даже уровень кислорода не изменился в крови. Смысла спускаться, а потом заново подниматься не было, тем более, что силы выше 5000 м уже не восстанавливаются, ты только тратишь свой ресурс. И руководитель той экспедиции Александр Абрамов прокомментировал в фильме, что я выше уже не смогу подняться, и сказал Татьяне, что я не зайду. В этом фильме это все видно. Так что, когда я все-таки поднялась на гору, у нее случилась истерика, и в палатке на скрытую камеру этот момент засняли. А забавно то, что она не знала, что этот эпизод покажут в фильме, и целый год рассказывала, что это было ее личное решение — не догонять меня. Она уже, конечно, извинилась передо мной, в фильме многие слова повыдергивали из контекста. Но суть в том, что гонка у нас все-таки была.

Пятая гора — Денали на Аляске. Такая она «опасная девочка». Причем опасность там была во всем! Любое твое движение может стать последним. Это самая честная гора из всех. Потому что ты прилетаешь на ледник и все. Дальше ничего нет. Нет базового лагеря, где ты можешь отсидеться, нет помощников, которые несут вещи. Ничего нет. Есть только ты, санки и твой рюкзак. Ты с этим наедине, пока не спустишься обратно. Помощи не жди. Да, там есть местные рейнджеры, которые могут тебя подлечить, но если ты к ним обратишься, это тут же эвакуация с горы. Дальше ты не пойдешь. По пути на гору тебе встречаются огромные трещины во льду. Эти трещины в никуда, ты можешь идти-идти, и тут резко обрыв и дна не видно. Вот почему все идут в связке на расстоянии, — чтобы если кто-то провалится, вытащить его. Обычно люди оставляют часть вещей, делают первую заброску, потом возвращаются — делают вторую. Мы же этого не делали, брали все и поднимались выше и выше. Все силы я положила на переноску вещей, мне было плохо физически, я рвала, не могла пить воду. И когда мы спустились уже на аэродром, откуда забирают альпинистов, мое тело просто перестало меня слушаться, я даже встать не могла. До этого я тащила вниз за собой двое саней, это 100 кг веса, но как только я дала своему организму понять, что все, это уже финиш, легла и уснула. Двое суток мы просто спали в гостинице, настолько мы себя изнурили за эти пять дней восхождения. Для Аляски это очень мало. Физически эта вершина, пожалуй, была самой сложной.

— Читайте также: В горы вместе с детьми: Советы от украинки, покорившей Эверест

А в целом как подъемы влияют на состояние здоровья?

Организм привыкает. Раньше был острый стресс: ресницы осыпались, ногти ломались, я даже чувствовала, как пульсируют десна, казалось, что зубы вот-вот вылетят. Сейчас организм уже расслабленный, тело чувствует, что это просто очередная гора и это ненадолго. Единственное — обгорает лицо и возникают пигментные пятна. После Аргентины у меня вообще на носу была трещина, из которой лилась кровь.

Как менялось содержимое твоего рюкзака с каждой новой вершиной?

Всегда с собой косметика, очень много кремов, патчи под глаза. Я все это беру, иначе потом восстанавливать лицо будет очень сложно. У меня кожа сгорала даже под защитным костюмом! Сейчас я еще стала брать с собой колонку, заряжаю через солнечную батарею, и потом под музыку на позитиве мы собираемся. Я ее несу до самой вершины. А так содержимое рюкзака не уменьшилось, наоборот, что-то добавляется, просто теперь я знаю, как это лучше запаковать. Я сейчас даже обращаю внимание на тонкость чехла для телефона. Покупаю маленькие баночки, чтобы легче было нести, а раньше носила с собой огромные банки с кремом Chanel.

Кстати, по поводу парфюма. Ты говорила в одном интервью, что носишь с собой духи. А зачем они в горах?

Ну представь себе, ты целый день идешь, тебе негде помыться, а тебе хочется пахнуть хоть чем-то. Протерлась влажными салфетками, брызнула духами и сидишь кайфуешь в палатке. Проходит пять дней, и неприятные запахи сводят тебя с ума. Кстати, еще носим с собой книжки, они читаются особенно хорошо в длительных экспедициях. Мы когда застряли на Аконкагуа, я читала в палатке вслух, чтобы другие ребята тоже слушали.

А сколько пиков еще осталось в твоем плане?

Осталась самая высокая точка Австралии и Океании в Папуа Новой-Гвинее — на осень. Тут главное — найти провожатого, очень многие не хотят идти туда, потому что там живут племена, которые могут тебя похитить, а потом просить выкуп. Я со своей внешностью привлекаю много внимания, конечно. Ну и седьмая точка — южный полюс — Антарктида. Для Антарктиды сезон — зима, причем только две недели в году. Это же полюс, там может быть все что хочешь. Американцы, кстати, одержимы идеей прохождения обоих полюсов — это называется в альпинизме «Большой шлем». Я даже слышала о рекорде одной девушки, которая неделю без перерывов летела к южному полюсу на кайте, питаясь сушеным мясом на ходу и пользуясь памперсом в качестве туалета.

Сейчас в Антарктиду собирают экспедиции женщин, ты не хотела бы принять участие в одной из них?

Я не люблю экспедиции. Я привыкла все делать быстро, качественно и не затягивать. Мы на Аляске пробыли неделю, а люди, как правило, находятся там минимум 12 дней. Минимум! Ты бы видела этих людей… Там очень тяжелый климат, полярный круг, там все время день, сильный ветер, ультрафиолет, либо очень холодно, либо безумно печет солнце. И ничего из этого человеку не на пользу. А когда ты идешь в большой группе, ты постоянно кого-то ждешь — это очень сложно.

У меня вообще есть желание сходить в горы соло — когда ты берешь палатку, еду и просто идешь на вершину сам. Пока я себе подбираю такой пик. И мне даже интереснее понаблюдать, как я буду справляться психологически, когда тебе не с кем поговорить. Я читаю книжки Месснера, который в одиночку покорил 14 «восьмитысячников», и просто восхищаюсь, как он это сделал.

А ты сама книгу не хочешь написать?

Хочу! У меня очень смешные мысли пролетают в голове, когда я рассказываю, поэтому, наверное, нужно записывать себя на диктофон. В общем я подумываю, даже название уже придумала — «Мой Эверест», хотя я бы рассказала в книге обо всех своих вершинах.

Беседовала Татьяна Касьян. Фото из личного архива Ирины Галай

— Читайте также: Маршрут № 2 по Италии: Кино, вино и казино

Мы в Facebook