Джен Андерсон Шаттак: «Остальной мир может не принимать моего сына, но я его люблю таким, какой он есть»

Ответ всем, кто считает меня "плохой мамой"

Если вы смотрите на главное фото, то это Ру, трехлетний мальчик из Плимута (США), который любит носить платья и юбки. Любил и не задумывался о реакции окружающих, пока на прошлой неделе к нему и его маме не подошел незнакомец, принявшийся угрожать им. В своем Facebook мама Ру, Джен Андерсон Шаттак, написала о случившемся, в момент публикация собрала больше 40 тысяч перепостов, а пользователи в соцсети даже запустили фотофлешмоб в поддержку Ру и его мамы. 

Мой сын, которому сейчас три с половиной года, любит играть с машинками. Он любит собирать головоломки. Есть сливы. А еще — носить юбки в блестках. Если его спросить «почему?», то он ответит, что эти пачки заставляют его чувствовать себя смелым и красивым. Он скажет, что нет никаких правил в том, что должны носить мальчики, а что — девочки.

Мой сын носит свои юбки в церковь. В магазин. В поезде и песочнице. Для нас это в порядке вещей, а не проблема. Да, конечно, это не могло не вызывать вопросов посторонних, ну а мы отвечали, все было прекрасно. До вчера…

Вчера во время прогулки в парке к нам с сыном подошел мужчина, требовавший разъяснений, почему мой сын одет в юбку. Мы не знали его, но по всей видимости, он уже наблюдал за нами какое-то время.

«Мне просто любопытно, зачем вы продолжаете делать это со своим сыном?» — Сказал он.

Но на самом деле не любопытство мучило его. Ему не нужны были мои ответы. Он хотел убедить нас в том, что то, что мой сын носит юбку, и то, что я ему позволяю, — неправильно.

«Ей не следует поступать так с тобой», — он продолжил. Он обращался конкретно к моему сыну: «Ты — мальчик. Она — плохая мать. Это жесткое обращение с детьми».

Он сфотографировал нас, хотя я запретила ему делать это, и стал угрожать: «Теперь все узнают. Вот увидишь».

landscape-1472482362-tutus-for-roo

Я позвонила в полицию. Они составили протокол, сделали комплимент юбке сына. Но с этого момента мой сын перестал ощущать, что он в безопасности. Он постоянно спрашивает: «Этот мужчина вернется? Плохой мужчина? Он будет опять говорить гадости о моей юбке? Он опять будет нас фотографировать?».

На эти вопросы у меня нет точного ответа. Но я могу сказать вот что: меня не напугать.

Никто не заставит меня бояться. Я не позволю незнакомцам говорить моему сыну, что он может носить, а что — нет. Остальной мир может не принимать моего сына, но я его люблю таким, какой он есть. И я сделаю все возможное, чтобы он это знал.

Я буду кричать об этом везде, где только можно.

Я буду защищать своего сына и отстаивать его право ходить по улицам в той одежде, в которой он пожелает.

Я покажу ему всеми возможными способами, что ценить человека нужно за то, какой он есть, что я всегда поддержу его решения — и неважно, кто и что говорит, неважно, кто будет пытаться ему помешать.

У нашей семьи есть девиз. Он звучит так:

Мы любим друг друга.

Мы добры.

Мы полны решимости и стойкости.

Мы прекрасны и храбры.

Мы знаем, кто мы. И злые незнакомые люди не изменят того, кто мы есть. Мир не сможет нас изменить, но вот мы изменим мир.

— Читайте также: Надира Анжель: «Вас это не касается»

Мы в Facebook