Грета Тунберг: Когда речь идет о выживании, есть только черное и белое

История 16-летней шведской активистки

Сегодня, 15 марта, по всему миру проходят страйки в поддержку инициативы Греты Тунберг, 16-летней шведской активистки, которая борется против климатического кризиса и за свою деятельность уже номинирована на Нобелевскую премию мира. В 123 странах школьники вышли к правительственным учреждениям с требованиями удерживать уровень потепления ниже 1,5 градусов. Мы следим за событиями в нашем Instagram, а пока публикуем историю Греты, которую она рассказала на своей личной странице Facebook, и ее принципиальную позицию относительно климатического кризиса.

В последнее время я заметила, что обо мне ходит очень много слухов и они полны ненависти. Это меня удивило. Я понимаю, что так как люди не вполне осознают значение климатического кризиса (что объяснимо, ведь он никогда и кризисом-то не считался), школьный страйк может показаться очень странным. Поэтому я хочу кое-что рассказать о своей деятельности.

О климатическом кризисе и своем диагнозе

Я впервые услышала об изменении климата и глобальном потеплении, когда мне было около 8-ми лет. Очевидно, это была проблема, которую люди сами создали из-за своего образа жизни. Мне говорили тушить свет, чтобы экономить электроэнергию, и отдавать бумагу на вторичную переработку, чтобы экономить ресурсы. Помню, я думала — это очень странно, что люди смогли изменить климат Земли. Потому что если бы это действительно было так, мы не могли бы говорить больше ни о чем, кроме этого. В газетах, по радио и телевизору мы никогда бы не слышали и не читали ни о чем, кроме этого. Как если бы шла мировая война.

Но никто об этом не говорил. Если сжигание топлива угрожает нашему существованию, как мы можем продолжать это делать? Почему нет ограничений? Почему это не объявлено вне закона? Для меня что-то в этой картинке не складывалось. Все было каким-то нереальным.

Когда мне исполнилось 11, я заболела. Впала в депрессию, перестала разговаривать, отказывалась от еды. За 2 месяца я похудела на 10 кг. Позже у меня диагностировали синдром Аспергера и выборочную немоту. Это значит, что я говорю, только если считаю это необходимым. Для людей с расстройствами аутического спектра все в мире делится на черное и белое. Мы не умеем врать и играть в социальные игры. Иногда я думаю, что во многих смыслах именно мы «нормальные», а остальные люди очень странные, особенно в вопросах, касающихся климатического кризиса. Когда все говорят, что изменение погоды — острая проблема, при этот ведут себя как ни в чем не бывало, я этого не понимаю. Потому что если выбросы нужно прекратить, это нужно взять и сделать.

В мае 2018 года я стала одной из победителей конкурса сочинений на тему окружающей среды от шведской газеты Svenska Dagbladet. Мою статью опубликовали и со мной связались экоактивисты, в том числе Бо Торен из Fossil Free Dalsland. Это сообщество людей, в большинстве своем молодежи, которые хотят как-то бороться с климатическим кризисом.

Я поговорила по телефону с несколькими активистами в поисках новых идей для проектов, которые могли бы привлечь внимание к проблемам с климатом. У Бо было несколько предложений — от маршей до школьных страйков. На эту мысль нас натолкнули ученики Паркленда, которые отказались идти на уроки после стрельбы в школе.

Мне понравилась идея страйка, поэтому я ее развила и позвала других присоединиться ко мне, но никто не выразил интереса. Так что я продолжила планировать страйк самостоятельно и больше не участвовала во встречах.

Когда я рассказала родителям о своей затее, они были не в восторге. Они сказали, что если я за это возьмусь, я должна буду сделать все сама без какой-либо поддержки с их стороны.

О страйках и активизме

20 августа я заняла место у шведского парламента. Я раздавала листовки со списком фактов о климатическом кризисе и объяснением, почему я вышла на страйк. Многие говорили, что вместо этого я должна быть в школе, учиться, чтобы стать специалистом по климату и предложить решение экологических проблем. Но дело в том, что эти решения давно уже найдены. Нужно только претворить их в жизнь. Зачем мне учиться ради будущего, если его, возможно, и не будет?

Я написала пост в Twitter и Instagram о том, что я хочу донести своими действиями, и скоро он стал вирусным. Ко мне начали приходить журналисты. Часто говорят, что за мной стояли какие-то люди, что мне платили или меня использовали. Но никто за мной не стоял, кроме меня самой.

Я не состою ни в какой организации. Я абсолютно независима и никого не представляю. Все, что я делаю, я делаю бесплатно, я не получала никаких денег или обещаний оплаты в будущем в какой-либо форме. И так это и останется. Я не встречала ни одного активиста, который боролся бы за климат из-за денег. Это абсурд.

И да, я пишу свои речи самостоятельно. Но так как я знаю, что то, что я скажу, услышат очень, очень много людей, иногда я обращаюсь за советами. Также у меня есть несколько ученых, с которыми я время от времени консультируюсь, как разъяснить некоторые сложные понятия. Для меня важно, чтобы все было достоверно и не было поводов для недопонимания.

Многие жалуются, что я «пишу и говорю слишком по-взрослому». На это я могу ответить только одно: вы думаете, что люди в 16 лет не могут иметь свое мнение? Но есть и те, кто считает, что я, наоборот, все упрощаю. Например, когда говорю, что в проблеме климата есть только черное и белое, что нужно остановить выбросы парниковых газов, что самое время впадать в панику. Но я говорю так только потому что это правда.

Климатический кризис — действительно самая серьезная проблема из всех, с которыми мы когда-либо сталкивались, и мы должны сделать все что в наших силах, чтобы ее решить.

Но решение действительно может быть только черным или белым. Потому что мы либо ограничиваем потепление до 1,5 градусов по сравнению с доиндустриальным уровнем, либо нет. Либо достигаем точки, запускающей цепную реакцию, которую мы уже не сможем контролировать, либо нет. Когда речь идет о выживании, серых зон не бывает.

И когда я говорю, что самое время паниковать, я имею в виду, что кризис нужно воспринимать как кризис. Когда ваш дом горит, вы не станете спокойно сидеть и рассуждать, как вы его здорово обустроите, как только закончится пожар. Когда ваш дом горит, вы выбегаете на улицу и делаете все, чтобы и другие люди выбежали, пока вы звоните пожарным. Здесь не помешает немного паники.

Есть еще один аргумент, который не дает мне покоя — что я «всего лишь ребенок, мы не станем слушать детей». На это я могу ответить только одно — тогда слушайте вместо этого мертвую тишину. Потому что если бы все прислушивались к ученым и обращали внимание на факты, на которые я ссылаюсь, никому бы не пришлось слушать ни меня, ни других таких же детей, мы могли бы спокойно вернуться в школы.

Я согласна, что слишком молода для этого. Дети не должны заниматься такими проблемами. Но так как нам угрожает огромная опасность, а больше никто ничего не делает, мне приходится продолжать.

Фото из личного архива Греты Тунберг

— Читайте также: Создатели InSky Energy: «Пока мы не колонизировали другие планеты, нужно попытаться сохранить эту»

 

Мы в Facebook