Татьяна Гордиенко
Скалолазы и альпинисты, пожалуй, всегда ассоциировались с особой стойкостью, ловкостью и, конечно, романтикой. Потому что на скалах ты не просто занимаешься спортом, ты еще и «покоряешь вершины» в совершенно прямом смысле слова. Татьяна Ковалева, кандидат в мастера спорта по скалолазанью, тренер скалодрома «Гора» (Житомир), рассказывает о женщинах и детях в этом снова популярном виде спорта.
По профессии я — медсестра, спорт — это мое увлечение, которое сопровождало меня всю жизнь. В один прекрасный момент я поняла, что у меня два абсолютно разных круга общения: работа и спорт. Должна сказать, что общение со спортсменами, с людьми, которые уже воодушевлены, заряжены, мотивированы, изменило меня и в повседневной жизни, в первом «круге».
Скалы и жизнь
В скалолазание я пришла из пулевой стрельбы. Была это своеобразная история: тренер по стрельбе оставил нашу группу 18-летних, чтобы взять девочек помладше, и мы решили отомстить: не пойти на занятия. А так как заняться чем-то все-таки надо было, то одна из нас предложила: «А давайте поедем в лес, в Денеши!» И мы поехали, а там вдруг — скалолазы. Мы попросили дать нам возможность попробовать. И я попробовала, а увлеклась на всю жизнь.
Мама моя очень надеялась, что после замужества, став мамой, я оставлю этот «неженский» спорт, но мой муж очень поддерживал меня. Он тоже скалолаз, кандидат в мастера спорта. Будучи беременной, я пыталась убедить себя, что скалы останутся для меня под запретом, расстраивалась, а муж покупал мне новые скальные туфли и уверял: «Ну что ты, мы обязательно будем покорять вершины!» Мы даже с коляской выезжали на скалы, ребенок спал — мы лезли. Мой муж — мой «страхующий» партнер. Скалолазание научило меня двум урокам:
1. Если вы лезете со страхующим партнером, это значит, что вы нашли человека, которому абсолютно доверяете, а если доверяете, то дальше не ноете, если что-то не так. Если же вы человеку не доверяете, то не даете ему страховку и ищете кого-то другого.
2. На скале бывает трудно, это надо перетерпеть и преодолеть, потому что дальше будет легче.
Скалы и женщины
Женщины в скалолазании, конечно же, есть, и в группе детей, которых я тренирую, девочек больше. Одна мама привела мне пятилетнюю девочку, которая лезла всюду, не стояла на месте ни секунды, а ее брат, 7-8 лет, топтался на месте, ему это было не интересно. Так что, не стоит зацикливаться на том, женский это вид спорта или нет. Главное — внутреннее желание лазить, тогда неважно, сколько тебе лет, мальчик ты или девочка, худенький ты или крупный — у тебя все получится. Но в определенный момент беременность и материнство ограничивают возможности женщины, ей и физически тяжелее в этот период, а вот если с ней рядом еще и мужчина, который не поддерживает, то вернуться ей в спорт очень трудно. На данный момент мне, 49-летней, нелегко найти женскую компанию по возрасту во время слетов и соревнований, мужчин, все-таки больше, примерно две трети.
Скалы и я
Мне как скалолазу в зале не уютно. Для меня этот спорт — не просто лезть куда-то, это общение с природой, это радость от того, что я смогла перебороть свой страх и покорить скалу определенной сложности. Обычно меня спрашивают: в чем разница между скалолазанием и альпинизмом? Скала может быть частью восхождения на вершину. В скалолазании маленькие трассы — 20-30 метров, а вот альпинизм — это другие условия, другие расстояния, другой темп, у тебя не одна спортивная веревка, а несколько. Скажем так, скалолазание может быть само по себе, а может быть частью восхождения. Считаю, что альпинизм, конечно, суровее, опаснее. На скале достаточно пробить трассу, закрепить шлямбуры, закинуть веревку — и все, со страховкой и при соблюдении правил безопасности с тобой ничего не может случиться. В альпинизме — не так, там, кроме рельефа скалы, множество факторов: погода, освещенность, команда вокруг тебя. Я занимаюсь и тем, и тем, но в скалолазании у меня разряд, а альпинизмом я занимаюсь для себя, когда мне нужно побыть одной.
Скалы и дети
Своих детей я попыталась тренировать на скалах, но поняла, что могу быть или тренером, или мамой. Бывает, отправляешь ребенка с веревкой на скалу, он лезет, старается, боится, что-то не получается, ты ему говоришь: «Вот тут, чтобы пролезть, нужно перетерпеть!», а он оборачивается, в глазах слезы: «Ну, мама!» И если бы тренер во мне возобладал, я должна была бы быть жестче, а это увеличило бы дистанцию между мной и ребенком. А как для мамы мне было важнее оставаться ближе к ребенку, поэтому мой сын пошел на дзюдо.
Кстати, у меня занимались и достаточно не атлетичные девочки, я думала, что они бросят, но нет, они не пропустили ни одной тренировки! Поэтому я бы не сказала, что есть дети, которые по комплекции изначально не подходят, просто «высокому и худому» легче, но это не значит, что «крепенький и низенький» не справится — справится, но ему будет сложнее. Но чемпион — это ведь не только техника, это еще и психология. Я знаю много ребят, которые хорошо лезут по стене, а на соревнованиях тушуются и не показывают того, что на тренировке им дается легко. И многое зависит от родителей: есть те, которые запрещают, есть те, которым все равно, лишь бы их не трогали, есть родители, которые вникают в то, чем занимается ребенок, обычно они очень поддерживают своих детей.
Скалы и энергия
Мы ездили лазить в Италию и Испанию. Там скалолазанье — часть культуры, еще 20 лет назад уже на всех детских площадках были стенды для лазанья, у нас это только появляется. В Карпатах тоже есть места для скалолазанья, но там другая горная порода, там нужна другая техника, а у нас на Житомирщине гранит, он удобнее. А вообще, горы — это всегда особенная энергетика, но самым настоящим местом силы я ощутила скалу в Крыму, которую называют «Храм Солнца» или «Пять пальцев», слава богу, туда еще не водят экскурсии, но люди знают об этом месте, там особенно отчетливо ощущаешь абсолютную благость.
Беседовала Татьяна Гордиенко