Наталия Верещак
Пока в Украине большинство представляют себе семью исключительно классической, где есть мама, папа и дети, реальность все же несколько другая. Да, даже в Украине ребенок может расти с одной мамой, с одним папой, с двумя мамами или двумя папами.
Мы пообщались с одной необычной семьей, где ребенок живет с двумя мамами. Живет эта семья в Киеве, и многие даже не подозревают, что они – настоящая влюбленная пара. По понятным причинам, наши герои попросили не называть их настоящие имена, поэтому мы используем в этом материале выдуманные имена.
Знакомьтесь, Ира и Марина. Они вместе 7 лет, у них растет 3-летний сын Мирон.
О решении создать семью
Мы познакомились 7 лет назад в одном из киевских клубов. История достаточно стандартная: попали в общую компанию, слово за слово, и уже через два дня мы начали тесно общаться.
Никто не делал акцент на своей ориентации, все как-то получилось само собой. Через полгода мы переехали в одну квартиру и стали жить вместе. Так и родилась наша семья. Хотя, конечно, большая часть нашего окружения за пределами ЛГБТ-сообщества уверены, что мы просто две подруги, которые живут вместе. Часто нас даже жалеют и желают встретить «настоящих мужчин», чтобы наконец-то прекратить свое одиночество. В ответ приходится молчать или просто улыбаться, так как сказать правду у нас пока что может быть опасным. Многие не поймут.
Это тяжело — жить, когда ты не можешь свободно говорить о своих отношениях и делиться радостными моментами из жизни. Нет, мы, конечно, выкладываем совместные фото в социальные сети, однако мы не говорим открыто «вот здесь, на этом невероятном пляже в Доминикане мы так любили друга», как это делают традиционные пары.
О желании иметь детей
Естественно, что через пару лет совместного проживания мы начали думать о детях. Хотеть ребенка – это нормально и естественно, и совсем неважно, какая у тебя ориентация. Желание воспитывать малыша и отдавать ему свою любовь – часть человеческой природы.
Единственной возможностью для нас стать родителями было искусственное оплодотворение. Решили, что носить нашего ребенка будет Марина, поскольку Ира больше занимается финансовым обеспечением в семье. А Марина может позволить себе спокойно провести беременность и потом отправиться в декрет.
Главный вопрос стоял в следующем: донор будет анонимным, или же нужно искать кого-то из знакомых, кто готов пойти на такой шаг. И, главное, потом не претендовать на ребенка. В результате долгих раздумий, мы решили взять сперму у нашего друга из ЛГБТ-сообщества. Вообще для парней – это чуть ли не единственная возможность стать папой. Ведь в Украине нельзя усыновлять ребенка однополым парам, а суррогатное материнство не для всех доступно.
Женя, отец нашего ребенка, принимает участие в жизни Мирона. Хотя мы и не обязывали его к этому. Но ему, видимо, понравился статус отца.
Главная проблема после рождения ребенка – это роли в семье. Если в традиционных семьях у малыша есть мама и папа, то в нашем случае все сложно. Марина – его мама, также у него есть папа, который сейчас приезжает к Мирону каждые выходные, и есть еще Ира. Она очень хотела, чтобы и ее сын называл мамой. Так это и случилось. Понятно, что у нас возникнут вопросы в садике и школе, но на сегодня мы не думаем об этом, а просто наслаждаемся нашим статусом родителей.
О том, каково это – быть ЛГБТ-семьей в Украине
Чтобы быть семьей со всеми правами и возможностью свободно иметь детей, не выдумывая какие-то схемы, нам нужно уезжать куда-то в ЕС. В Украине пока что не хотят спокойно относиться к ЛГБТ. То есть в социальных сетях и где-то на страницах СМИ у нас вроде как все окей. Однако когда сталкиваешься с реальной жизнью, все несколько иначе.
Мы не можем оформить отношения, испытываем неудобства, когда у нашего сына две мамы. И судя по рассказам наших друзей из ЛГБТ-сообщества, главные проблемы нас ждут, когда ребенок начнет свой путь социализации, и мы столкнемся с коллективом в школе и саду.
Хочется верить, что со временем в нашей стране все изменится и свободно смогут чувствовать себя разные семьи. И пока мы бы хотели, чтобы вы знали, что мы есть, мы живем рядом, и мы хотим, чтобы нас понимали и не осуждали.