Фотопроект: У нас есть голос

Матери и дочери о ценностях, побудивших их выйти на #WomensMarch

На марше женщин в Вашингтоне собрались сотни тысяч людей — разных возрастов, вероисповеданий, цвета кожи. И, конечно же, собрались люди разных поколений, родители с маленькими детьми, матери и дочери. Именно их снимал и расспрашивал о причинах, побудивших выйти на улицы города, известный фотограф Рудди Ройе, который уже четыре года освещает американские протестные движения. 

Востина ДиНово (51 год) и ее дочь Тэйлор (12 лет)

Востина: «Я просто в возмущении, что мы привели этого тролля к власти. Знаю, что его ненависть может повлиять на Тэйлор и всю ее жизнь. Хотя мы не можем отменить результаты выборов, надеюсь, наше присутствие на марше повлияет на будущий политический процесс. Хочу, чтобы моя дочь всегда верила — у нее есть голос».

Тэйлор: «Я должна была быть на этом марше. Я здесь, потому что боюсь за свое будущее».

Си Голдсмит (15 лет) и ее мама Лесли

Лесли: «Я пришла на марш, потому что хочу показать всему миру — большинство американцев недовольны этим президентом. Так мы с дочерью громко заявляем — мы не выбирали его».

Си: «Я здесь, потому что он не представляет ни меня, ни мои ценности».

Шейла Ниннеман (57 лет) и ее дочь Нелл Кормак (20 лет)

Шейла: «Я никогда не брала фамилию отца моей дочери. Я помню борьбу за права женщин и не хочу, чтобы Нелл переживала такое. Мы не вернемся к прежним временам. Миру важно понимать, что Трамп не поддерживает американские ценности».

Нелл: «Важно показать, что мы не откатимся назад и не предадим прогресс, которого добились».

Джессика Лоув (44 года) и ее дочь Фэй Йенсен (9 лет)

Джессика: «Мы пришли на марш из-за двух слов, написанных на наших шапках: сочувствие и будущее. Я хочу, чтобы моя дочь благодаря этому опыту научилась чувствовать их».

Гуджан (50 лет) и ее дочери Крити (25 лет), Сириша (24 года) и Танви (23 года)

Крити: «Мы пришлю сюда, потому что хотим выступить за фундаментальные права женщин — за наши репродуктивные права, реформу для эмигрантов и изменения климата. Наша сила — в массовости».

Долорес Сполдинг (87 лет) и ее дочь Анжелина Сполдинг-Флауэрс (57 лет)

Долорес: «Впервые в жизни я наблюдаю настолько вопиющий расизм в государственном учреждении. Думаю, он всегда присутствовал, но вслух такое никто не говорил».

Анжелина: «Мы здесь, потому что мы все — люди и имеем право на защиту, вне зависимости от того, кто возглавляет администрацию. На следующий день после выборов моя дочь сказала, что, наверное, люди не хотят голосовать за женщину-президента. Я не хочу, чтобы моя внучка, когда пройдет тридцать лет, думала так же. Чтобы в ее жизни наступил день разбившихся надежд».

Глория (48 лет) и ее дочери Натавия (29 лет) и Челси (24 года)

Натавия: «Это марш за права женщин, афроамериканцев, эмигрантов и вообще за всю Америку».

Челси: «Я хочу внести свою лепту в создание открытого для всех мира».

Глория: «Я просто хочу пережить этот исторический момент вместе с моими девочками».

Анита Пишароди (49 лет) и ее дочь Срути (22 года)

Анита: «Хочу, чтобы мой голос против расизма был услышан. Голос за права женщин, справедливость и равенство — и я имею в виду равенство не только для женщин, но для всех».

Срути: «Мне радостно участвовать в политическом процессе, я счастлива быть здесь и чувствовать солидарность со всеми этими женщинами»

Сайеда и ее дочери Рамиша (6 лет) и Фариха (7 лет)

Сайеда: «У меня три дочери, и я хочу, чтобы они знали свои права. Я взяла двух девочек, потому что они очень переживают за климатические изменения».

Вероника (39 лет) и ее дочь Эми (10 лет)

Вероника: «Я хочу быть частью важного для всех движения и показать моей дочери, что все эти люди заботятся о девочках и женщинах».

Эми: «Я хочу стать частью истории».

Пэйдж Болдуин (52 года) и ее дочь Шарлотта (14 лет)

Шарлотта: «Марш, как мне кажется, — это отличное послание президенту Трампу. Мне нужно, чтобы он знал: мы здесь и у нас есть голос».

Фото: Ruddy Roye

По материалам: time.com

— Читайте также: Сердитые граждане: Как #WomensMarch выходит за рамки гендера

Мы в Facebook