Maria Pedorenko
Уважать всех и каждого – такова основная ценность в философии «Первой Детской Академии». 13 лет назад сеть учебных заведений вместе с партнерами основала психолог Марина Романенко. За это время «Академия» прошла путь от развивающих центров до детских садов и школ. Неизменным оставалось желание ее команды создать новую систему образования, в которой ребенок будет получать знания, оставаясь самим собой и максимально раскрывая свой потенциал. В интервью WoMo Марина Романенко рассказала о разнице между поколениями Y и Z, стереотипах, глубоко засевших в головах у родителей, а также о том, как научить ребенка нести ответственность за проступки без наказаний.
Какой путь «Первая Детская Академия» прошла от впервые возникшей идеи до того формата, в котором она существует сейчас?
«Академиям» 13 лет, и за это время они не раз трансформировались. Мы начинали с развивающих центров, где дети получали знания и навыки. Так мы просуществовали 7 лет, а в 2013 году перешли в формат детских садов. Нас об этом просили очень давно, но я поначалу даже не планировала. Все помещения развивающих центров были заточены специально под них, тогда как к детскому саду предъявляются совсем другие требования. Наш первый детский сад был в здании, возле которого не было детской площадки. И только два с половиной года назад «Академия» переехала на Оболонь, где была и площадка, и кухня, и все необходимые для детского сада условия. Это позволило нам не только увеличить количество детей, но и открыть школу. Имея лицензию, было бы глупо не сделать этого. Тем более, когда ты умеешь делать образовательный процесс и понимаешь, что хороших школ – раз, два и обчелся.
Зная и понимая это, как вы решали вопрос с обучением ваших детей до того, как открыли свое учебное заведение?
Старший сын ходил в государственный детский сад. Это было более 20 лет назад и никаких альтернатив тогда не было. Я очень многое делала сама – мы с ним читали, разговаривали, размышляли. Несколько раз в неделю я приходила к нему в детский сад, играла с детьми и разговаривала с воспитателями. Они не видели во мне никакой угрозы, а у меня не было желания на них наехать. И воспитатели говорили: «Ой, а нас такому в институте не учили». Так я очень локально влияла на то, что происходило в государственной системе.
Когда у меня уже была младшая дочь, в Киеве было много развивающих центров, но хороших мало. Меня не интересовали места, куда можно просто сдать ребенка. Результатом ее пребывания там должно было стать развитие. Я всегда очень бережно и трепетно относилась к тому, что заложено внутри каждого человека, и портить это не давала никому. В итоге дочь пошла в нашу «Академию», которую нам пришлось создать.
Вы говорите о том, что в Киеве не было хороших развивающих центров, а какие критерии вы ставили перед собой, выбирая подходящий для вашего ребенка?
Я приходила и просила показать план урока. На меня в такие моменты смотрели как на сумасшедшую и думали, что другой центр заслал меня, чтобы выведать информацию. С другой стороны, я понимала, что никакого плана у них не было. Практически все говорили одно и то же – полепим, порисуем, выучим несколько английский слов. Я спрашивала, что они планируют делать через месяц, полгода или год, и в ответ слышала, что педагоги – люди творческие, и еще не придумали. Они говорили о каких-то авторских программах, которые, конечно же, были надерганы из Интернета. Меня это очень пугало. Я не понимала, почему моя дочь должна зависеть от людей, которые не понимают, что они делают.
— Читайте также: Марина Романенко: «Хорошая и правильная мать – это утопия»
Как это повлияло на создание «Первой Детской Академии»?
Мы сделали свою программу, в которой план уроков был прописан на 2,5 года вперед. Родители могли спокойно посмотреть ее. А еще мы создали перечень из 240 навыков и мыслительных стратегий, которые тренируются годами. Например, уметь учиться и быть заинтересованным в процессе, уметь начинать и заканчивать, уметь произвольно возвращаться в процесс, когда ты из него выпал, иметь смелость спросить, если чего-то не знаешь, или уметь вести поисковую работу, если хочешь найти ответ. Сейчас только ленивый не говорит, как они важны и нужны, но немногие могут дать ответ на вопрос, как их достичь? Мы же 13 лет назад расписали технологию достижения результата по каждому навыку на 2,5 года вперед. И соответственно мы достигали очень высоких результатов в том, чтобы проявить каждый из навыков, сформировать его, натренировать и отточить до того уровня, чтобы человек легко их использовал, даже не осознавая как.
Плюс мы создали совершенно другую систему образования, в которой человек чувствует себя самим собой, независимо от возраста. Он получает серьезные знания, но совершенно не замечает, как это происходит. Бонусом дети начинали понимать и говорить на английском. Украиноязычное и англоязычное образование стоит у нас одинаково – на английском все то же, только вдобавок знание языка. Мы создали такую технологию преподавания, при которой ребенок с нулевым знанием английского может зайти на урок по любой серьезной теме и выйти с полным пониманием того, что услышал. Это не так уж и сложно.
Насколько я знаю, вы в школе достаточно много времени уделяете спорту. Как устроена эта система баланса ментального и физического образования?
Хочешь или не хочешь – школьная программа создана таким образом, что дети постоянно привязаны к рабочему месту. В такой ситуации без спорта, в принципе, нельзя. Если в мое время сколиоз у детей возникал к четвертому классу, то сейчас, к сожалению, он случается у многих уже в первом классе. Поэтому на спорт в «Академии» ежедневно выделяется полтора часа.
Утро начинается с 30-минутной тренировки айкидо. Если ребенка сонным вытолкнули из машины в школу, ни о какой эффективности на первом занятии говорить нельзя. А когда он позанимался, организм начинает функционировать совершенно иначе. После зарядки завтрак. И только в 10 утра дети приступают к урокам. К этому моменту мы пробуждаем всех. Между занятиями есть часовая прогулка, потому что одним нужно выбегаться, а другим подремать с книжечкой. После уроков обязательно еще одна спортивная тренировка, которая длится час. Тут можно выбрать – либо теннис, либо футбол, либо снова айкидо, либо йога, либо спортивные танцы. Спорт помогает мозгу не уставать. Дети же и так все время носятся, так почему бы не позволить им бегать на спортивных занятиях.
Какие открытия вы сделали для себя после того, как реализовали в рамках «Первой Детской Академии» проект полноформатной школы?
Первое открытие заключается в том, что родители ищут альтернативу привычной школе, но, когда находят, не всегда готовы принять ее. Например, увидев детей на перерыве, некоторые спрашивают: «А чего они бегают?!» А что же они умереть должны, если в школе находятся? Стереотипы о том, как должно быть «правильно», сидят очень глубоко. Чтобы принять альтернативу, родителям нужно время.
Второе открытие – школьные учителя не хотят напрягаться. Мы всегда проводили серьезный отбор педагогов, а потом дополнительно обучали персонал. Хорошо, если один из десяти подходящих по требованию учителей переживет все, что мы ему устраиваем. Очень сложно найти готового много и серьезно работать человека, который еще и помнит, что должен дать детям не только образование, но и культуру.
Еще одно открытие связано с соблюдением правил. В начале года к нам приходят дети из разных школ и из разных культур. Драки, потасовки и троллинг – обычное дело. Правило такое – если ты кого-то толкнул или устроил потасовку, ‒ 100 отжиманий у меня в кабинете. А для младшей школы – 40 приседаний и 20 отжиманий. Если ты кого-то обозвал или потроллил, сиди в кабинете и под таймер безостановочно повторяй эту фразу полчаса или 15 минут для учеников начальной школы. Так вот открытие заключается в том, что, отжавшись 100 раз, ребенок встает и говорит: «Спасибо». У него нет обиды или злости. Когда дети чувствуют к себе хорошее отношение и понимают, что никто не получает удовольствия от того, что приходится отжиматься, они благодарят.
Вы работаете с детьми разных возрастов. В чем проявляется разница между поколениями Y и Z?
Скорость – главное различие, которое существует между поколениями. Я – человек советского времени. Какие тогда были источники информации? Книги да программа «Время» вечером. Потом наступила «перестройка», и все как-то ускорилось, источников информации вдруг стало больше. А потом зашел Интернет… Каждое новое поколение при рождении получает некий набор возможностей, недоступных старшим. Мы сейчас медленнее – это факт. А еще в моем понимании поколения отличаются степенью выраженности ощущения свободы. Нынешнее поколение видит эту свободу везде – по телевизору, в кино, во время путешествий. Они живут с ней и дышат ею. Чем позднее ты родился, тем выше у тебя степень выраженности свободы.
Чему вас научило постоянное взаимодействие с множеством детей?
Прежде всего – вариативности, легкости принятия разных характеров. А еще – быть добрее к людям. Важно не терпеть, а принимать и быть открытым. Нужно всегда быть готовым искать ключ к человеку.
Плюс за время работы с детьми и взрослыми, я вывела для себя формулу – в жизни есть всего два запрета. Первый касается всего, что связано со здоровьем. Например, не нужно объяснять маленькому ребенку, куда нельзя совать пальцы, нужно просто не дать ему такой возможности. А второй запрет касается чести и достоинства. Тридцати людям легко сплотиться и затюкать одного. И никто не станет на его сторону. В ситуации, когда педагог гнобит ученика, многим родителям проще встать на сторону учителя. Так быть не должно. Уважение – главная ценность в философии «Первой Детской Академии». Уважение к себе, к ребенку, к родителю, к сотруднику, к любому человеку, зашедшему с улицы. За неуважение я увольняю.
Какие еще ценности есть в вашей философии?
Их около десяти. Еще одна – каждый человек, зашедший на территорию «Академии», ‒ звезда. Речь не о ранге или статусе, а о целостности светила. Забрать у Солнца кусок, оно перестанет быть Солнцем и разорвется. Так и с человеком – ни у кого нет права ломать его целостность. Педагогам мы это объясняли на задании, когда нужно было построить из монеток столбик, а потом попробовать достать оттуда монетку. Столбики естественно разрушались у всех. Многие думали, что это про командную работу, и никому не пришло в голову, что это про целостность человека.
Или, например, есть пункт, запрещающий двойные стандарты. Одинаковое отношение должно быть для всех. Любимчиков в классе быть не может. Родители, которые ожидают особого положения в школе, не получают его. Потому что особого подхода нет ни для кого и в тоже время он есть для каждого. Недавно к нам на встречу приходила одна мама. Без косметики, с хвостиком. И по окончании встречи рассказала, что в другой частной школе ее в таком виде не пустили к директору. Когда она выходила, в школу зашла другая мама – в нужной одежде, накрашенная, с кольцами. К ней вышел директор и сказал: «Мы вас так ждали». Такое бывает часто. Поэтому никаких двойных стандартов. Все наши ценности – несложные для понимания, но именно они и создают особую атмосферу «Первой Детской Академии».
Беседовала Мария Педоренко
Фото из личного архива Марины Романенко