Ира Керст
Луганчанка Наталья Хныкина была успешным менеджером алкогольной компании, работала в киевском офисе, жила на два города и в свободное от работы время занималась любимым хобби – пошивом одежды. Но трагические события, произошедшие на Майдане в Киеве в январе 2014 года, заставили ее задуматься, а правильно ли мы живем? Все ли нас устраивает? Не пора ли изменить свою жизнь и жизнь страны к лучшему? «Мы переезжали в задымленный палеными шинами Киев под звуки выстрелов, хлопки «коктейлей Молотова». Но мы точно знали, что наше место — здесь, в сердце Украины», — вспоминает она…
Расскажите свою историю. В какой момент вы поняли, что нужно уезжать из Луганска?
В моем случае перебираться в Киев мы начали до того, как началась АТО. Но в начале 2014 года мы с мужем поняли, что страна кардинально меняется, и нам нужно делать выбор — оставаться в инертном Луганске или ехать в пылающий Киев. Мы выбрали Киев, сняли тут квартиру в феврале 2014 года, тогда уже Майдан был в разгаре.
Какие пункты были в вашем плане дальнейших действий?
Еще в 2013 году мы поняли, что обратно в Луганск мы вряд ли вернемся. Мы понимали, что там для нас просто нет будущего. Днем я работала категорийным менеджером в интернет-магазине, а вечером одна из комнат нашей квартиры превращалась в цех по пошиву пеленок. Я строчила, мой муж гладил их и складывал. Потом мы разносили изделия по торговым точкам, и там они продавались.
В какой-то момент я поняла, что больше не могу работать в алкогольной компании – у меня растет дочь, и когда она спросит, чем я занимаюсь, то что я скажу ей? «Даша, алкоголь — это плохо»? Но я же сама занимаюсь его дистрибуцией! Когда я поняла, что не смогу ответить дочке на такой вопрос, я решила снова заняться шитьем. Дело в том, что с 1996 по 2000 год я работала в швейной мастерской, так что эта профессия мне хорошо знакома и навыки у меня есть. И я стала снова шить. А что касается планов, то скажу честно: у меня до сих пор их нет (смеется).
Что побудило вас создать бренд одежды и почему именно детской?
Все началось с женского белья. Еще в Луганске у меня был свой небольшой цех, в котором мы шили белье, пижамы. Потом, с появлением дочери я стала шить пеленки, детскую одежду. Мне было это интересно, да и на рынке качественных детских вещей не хватало. Сегодня, когда дочка подросла (ей уже 8 лет), я постепенно отхожу от производства вещей и аксессуаров для грудничков. Мы шьем для деток постарше. Растет моя Даша, растет и Baby-M!
С какими трудностями вам пришлось столкнуться?
С луганчанами было сложнее, чем с киевлянами. Дело в том, что в Луганске люди более осторожные, закрытые. Там мне сложно было выйти на рынок. Все как-то трудно давалось. А вот в Киеве, наоборот, намного проще и легче. Киевляне более коммуникабельные. Хотя есть свои нюансы, конечно. К примеру, в Луганске было проще найти сотрудников – квалифицированных швей (я и сама училась на швею, это было мое первое образование, специализируюсь на пошиве верхней одежды). В Киеве же найти швей крайне сложно – тут у людей несколько завышенные требования и ожидания. И это касается не только зарплат.
Из кого состоит ваша команда?
Сейчас у меня работают три швеи, и так случилось, что две из них — тоже переселенки. Одна из Алчевска, а вторая жила под Алчевском. Они очень быстро нашли общий язык, подружились. Так что у нас очень теплая, домашняя атмосфера. Ну, еще брендом занимаюсь я и мой муж.
С какими ресурсами вы стартовали?
Изначально у меня была бытовая швейная машинка, бытовой оверлок и несколько утюгов. А стали мы расширяться только после того, как я получила грант в рамках программы поддержки малого бизнеса и самозанятости внутренне перемещенных лиц «Новий відлік», и купила промышленное оборудование. Когда я выступала с презентацией перед комиссией, которая распределяет гранты, то я решила им показать, что такое «много пеленок». Я продемонстрировала фото, где в комнате у меня дома на диване лежит огромная куча пеленок, а из этой кучи выглядывает моя Даша (смеется). Денег мне хватило на то, чтобы купить промышленный оверлок, промышленную прямо строчную машину и еще две единицы оборудования. Если бы не грант, мне пришлось бы долго копить, чтобы приобрести все это.
Чему вы научились в процессе развития проекта?
Чему я только ни научилась (смеется). Когда все начиналось, то я была всем и вся. Когда я открыла цех и набрала команду швей, то у меня была самая почетная обязанность – подметать полы. Я считала, что у меня есть два высших образования и одно среднее специальное и мне этого хватит. Но все оказалось не так! За все это время я выучила SЕО, SMM, что такое «холодные» и «горячие» продажи, как делать автоматические рассылки, как общаться, как презентовать себя, научилась разбираться в людях. Я не ожидала, что можно столько нового узнать, и я поняла, что мне нужно еще много чему научиться. Я учусь всему – быть бухгалтером, финансистом, менеджером и даже психологом. Муж у меня вот английский учит. Он уверен, что для нашей работы это понадобится. И я теперь понимаю, что никогда не остановлюсь, и все время буду продолжать учиться.
Что касается моего образования, то у меня есть диплом закройщика, инженера-механика, финансиста. Бизнес-образование я получила в академии Международного фонда «Відродження», и очень благодарна моему ментору Елене Ивченко, которая все это время поддерживает со мной контакт, интересуется моими делами.
Поделитесь своими дальнейшими планами развития.
В ближайших планах – сделать фотосессию для новой коллекции. Также мы являемся подрядчиками бренда Andre Tan и хотим продолжать с ним работать. А еще я бы хотела снова начать шить женские вещи, тем более что в этом направлении нам помогают развиваться наши клиенты, делятся опытом, наставляют. Мы хотим принимать участие в маркетах, выставках и показать, что мы выросли как бренд.
Дайте советы людям, которые решили начать все заново
Хочу рассказать историю из собственного опыта: в этом году я была волонтером в «Крымской диаспоре» и там познакомилась с одной девушкой, которая хотела получить грант. Я решила помочь ей в этом. Но потом убедилась на ее примере, что одного желания получить грант – не достаточно. Проблема была в том, что она не представляла себе, что она будет делать дальше. Нужно четко понимать, что оборудование вас не прокормит, а выиграть грант, купить оборудование с тем, чтобы потом его продать, я считаю это, как минимум, нечестным поступком. Грант может спасти кому-то жизнь – человек начнет работать сам и даст работу другим.
Получение гранта – это ответственность перед собой и другими людьми. Это не просто деньги-бумажки, за которые можно что-либо приобрести. За этими «бумажками» стоит цикл дальнейших действий. А грант – это только первый шаг. Нам, переселенцам, нужно понимать, что нам дают деньги для того, чтобы помочь интегрироваться и интегрировать других людей в эту страну.
Также необходимо знать, что после гранта предстоит много работы. Не стоит полагать, что все легко и просто – вам дают деньги, а потом еще и по ТВ показывают. Нужно будет упорно трудиться. И ко мне сейчас обращаются переселенцы с вопросом, а что делать дальше? И я знаю, что они приходят ко мне за советом не потому, что знают, кто такая Наталья Хныкина, а потому, что они смотрят на меня и думают: «Я тоже так хочу!».
Беседовала Ира Керст. Фото из личного архива Натальи Хныкиной
Проект осуществляется при финансовой поддержке Правительства Канады через Министерство международных дел Канады.
