Таня Касьян
Прежде чем было принято историческое решение Верховного Суда США относительно законности абортов (дело Роу против Уэйда), процедура была нелегальной. И женщинам приходилось делать сложный выбор — сохранить ребенка или сделать аборт незаконно, рискуя своей жизнью или работой. В рамках инициативы 1 in 3 Campaign команда The Scene сняла видео, в котором три женщины рассказывают о непростом опыте проведения абортов тогда, когда они еще были запрещены. У каждой героини своя история, но объединяет их одно — страх — родить ребенка, умереть или то, что об аборте могли узнать окружающие, и благодарность — за то, что у женщин сегодня, в отличие от них, уже есть выбор.
Конни
1953 год
Я помню, как доктор сказал мне: «Никакого антисептика я тебе не дам. Если закричишь, тебя услышат». Мне было только 16 лет. Я лежала прямо на столе с раздвинутыми ногами и этот мужчина ковырялся внутри меня, выскребая своими инструментами, как будто я какой-то фрукт, который он чистит ножом. Я не помню боли, но помню то странное ощущение, как будто я наблюдала за своим телом со стороны. После того, как процедура была завершена, доктор сказал мне: «Хочешь, я покажу тебе, что достал из тебя? Ты не должна позволять мальчикам прикасаться к тебе, очень важно, чтобы ты хранила чистоту». Позднее после аборта, когда у меня начинались кровотечения, мне было плохо, я никого не могла позвать на помощь. Я ничего не могла сделать. Знаете, если мы не будем бороться за свои репродуктивные права, все может опять повториться.
Конни сейчас на пенсии. В прошлом она работала учителем, а также писала стихотворения и песни. У нее есть дочь, внук и двое правнуков.
Джейн
1968 год
Меня изнасиловали в колледже. Я проснулась от того, что почувствовала, как рука мужчины сжимает мое горло. Он сказал: «Если ты хоть пикнешь, я тебя убью». После случившегося мне сказали, что есть вариант — сделать аборт, но это запрещенная процедура. На что я ответила, что если не сделаю его, то покончу жизнь самоубийством. Я не хотела этого ребенка, но в больнице, где мне рассказали о вариантах, отказались делать аборт. И мне пришлось искать врача, который бы провел процедуру нелегально. На аборт меня привез друг. Доктор говорил, что будет больно, но потом все поутихнет. И все же спустя пару дней боль по-прежнему была невыносимой. Оказалось, доктор забыл внутри меня салфетки, которые, по всей видимости начали разлагаться, что вызвало воспаление. У меня начался перитонит. Я оказалась в больнице, местный врач сказал, что еще бы несколько часов и я бы умерла. После того, как провели операцию, он с сожалением сказал мне, что ему придется сообщить об этом в полицию. Офицеры полиции говорили мне, что я должна рассказать, кто меня изнасиловал. Но могла ли я назвать имя человека, который угрожал меня убить? Также мне очень не хотелось выдавать врача, который сделал мне аборт, ведь он оказывал мне услугу. Стать жертвой изнасилования в те годы считалось чем-то плохим, но сделать аборт — это был позор. И первое время ты не хочешь, чтобы кто-либо знал о том, что ты сделала. Я не смогла больше забеременеть, наверное, одна из причин — начавшийся тогда перитонит. Если история с нелегальными абортами повторится, женщины будут умирать. А я знаю, что это такое, ведь я практически была на грани смерти тогда.
Сейчас Джейн работает психиатром, она пишет книги, одной из самых известных стала My Mother, My Daughter, My Self. В возрасте 46 лет она удочерила девочку по имени Молли.
Робин
1972 год
Мне было только 19 лет, я страдала от проблем с алкоголем и за себя-то не могла отвечать, что уж тут говорить о ребенке. Я считала себя везучей, ведь у меня была очень важная привилегия — мой отец был врачом и он смог договориться о встрече с необходимым специалистом, когда я приняла решение. Мой папа отвез меня на процедуру, он очень боялся, что его уволят, если узнают об этом. Перед тем как поехать на встречу с врачом, дома он спрятал все свои документы, которые бы помогли установить его личность. Думаю, он боялся не меньше меня. Отец припарковался на обочине так, чтобы его не было видно в темноте. Я помню, как шла по улице в свете фонарей, а затем я повернулась и посмотрела на него. Каждый раз меня пробирают чувства от этого воспоминания. Мы не были особо близки с папой, но в тот момент он был рядом со мной. Я жалею сейчас о том, что у меня нет детей, но я не жалею об аборте. Мне кажется, первое никак не связано со вторым. Но я по-прежнему думаю, как же мне повезло, что у меня была возможность принять свое решение и рядом со мной был человек, который меня поддержал.
Робин сейчас на пенсии и работает волонтером в инициативах, касающихся женского здоровья.