Светлана Ройз: Живя на пределе сил, а не за их пределами, мы переходим на другой уровень

Интервью о родительстве, карантине и поддержке

COVID-19 изменил отношение ко всем сферам жизни: здоровью, работе и семье. У нас поменялись привычки, приоритеты, а обо многом мы вообще услышали впервые. Как справиться с постоянной работой удаленно, какие витамины точно нужно пить и зачем, как переживать потери близких, а еще как выстроить здоровую коммуницию с семьей и детьми, если они рядом практически круглосуточно — обо всем этом мы поговорили со Светланой Ройз, детским и семейным психологом.

Как локдаун изменил отношение родителей к педагогам?

За время локдауна и карантина родители стали больше ценить работу воспитателей детских садов и учителей. Когда ребенок идет в сад или школу — может проявиться один из семейный кризисов, потому что в семейную структуру входят новые люди с новыми правилами, семья интегрирует правила новой системы. Появляются люди, которые, как и родители, являются авторитетом для детей. И родители, если в этот момент недостаточно крепки, могут начать конкурировать с ними. После того как мы почувствовали, насколько это важные, практически незаменимые люди :-), наше отношение к педагогам может измениться. 

Мы живем в обществе, где пока еще разделена семья, садик, школа. Возможно, через какое-то время мы придем к полноценному сотрудничеству. в котором семья — садик- школа — медики — будем сотрудничать во блага потенциала ребенка. Пока нас заставляет сотрудничать жизнь.

Как менялись границы родителей и детей? 

В жизни на пределе сил (не за пределами сил), мы переходим на другой уровень. Конечно, родителям пришлось задуматься над тем, как они умеют выстраивать границы. Первое время на карантине нам пришлось обозначать границы своей рабочей территории. А следовательно, и личной. Мы были вынуждены входить друг с другом в более плотный контакт. 

Мы пересмотрели отношения со своими партнерами. Кто-то стал проводить вместе больше времени, появились общие ритуалы. Там, где было стремление к сближению, пары сблизились еще больше. Там, где было стремление к отторжению, отторжение усилилось. 

Как менялись роли в семье? 

Во время карантина многие вдруг осознали, что у нас в семьях смещены роли — глава-ребенок. Мы все еще часто — детоцентричны. Если ребенок становится главой семьи, это в первую очередь, для него самого сложно, а иногда и травматично, потому что его роль — все же роль принимающего. Он “стоит на наших плечах”, а не наоборот. Главенствующая роль — того, кто несет ответственность, — у взрослого. Если ребенок становится родителем для своих родителей, он чувствует себя незащищенным, расходует много сил, которые должны вкладываться в его безопасное развитие и взросление, и его творческую игру. Обозначить место каждого в семье, определить роли помогают правила семьи. 

Как мы можем «удерживать» себя взрослыми? 

Наблюдать за своими реакциями. Как правило, все гипер-проявленные эмоциональные реакции — подает наша внутренняя детская часть. Конечно, с ней было бы здорово познакомиться и дать ей поддержку в психотерапии. Родителям важно буквально напоминать себе, что они “Взрослые”. Я даю задание-практику для студентов: Садиться удобно, представить себя огромными от земли до неба или как океан и проговаривать: «Я — большой,  взрослый». И представлять, насколько мы велики по сравнению с ребенком. Оглядеться по сторонам. Взрослый — в контакте с реальностью. С объективной, насколько это возможно. И еще напоминать себе, что ребенку не нужно наше постоянное присутствие. Мы точно имеем право на отдых и восстановление.

Как справляться с тревогой? 

Нужно понимать, что мы все живем в условиях хронической травматизации. Мы не успели оправиться от новостей с востока Украины и научиться жить по-другому, как пришлось справляться с новостями о Covid-19 и новыми потерями. И это сложно. Нам всем постоянно нужно работать, испытывая чувства утраты и горевания. Сейчас очень много запросов на эту тему: как вернуть контакт с телесностью и выйти за рамки тревоги. 

Здесь важно ограничивать время пребывания в соцсетях. Также важно избирательно подходить к контактам. Фильтровать информацию, которая вызывает панику. К примеру, исключить определенные группы в соцсетях.

Важно написать инструкцию к действию. Мы должны точно знать, как действовать в ситуации стресса. Составить список практик, которые помогут вернуться к эмоциональной стабильности. Список телефонов людей, к которым можем обратиться за помощью. Одна из важных практик звучит так: есть ли кто-то, кому я могу позвонить, на кого могу опереться. Не просто написать, а позвонить. Таких людей не много. Но у каждого должен быть хотя бы один человек, который тебя просто выслушает.

Это сложное время делает нас более человечными. Вы заметили, насколько чаще люди стали просить о помощи и предлагать помощь?

Какая практика поможет в этом? 

Есть такая практика — «вдумчивое слушание». Когда я слушаю человека не перебивая, когда я становлюсь для него «контейнером». Когда человек может опереться на мое внимательное присутствие. 

Знаете, когда к нам обращаются дети со своими очень важными делами, а у нас нет времени, нужно хотя бы посмотреть на них и просто сказать «угу» и кивнуть. Обозначая искренне — «я с тобой». А у взрослых не так много возможностей это услышать. Если есть человек, который скажет: «Я с тобой», «Я могу тебя услышать», «Приму тебя любого», «Помогу тебе прийти к правильному выводу», — мы с многим можем справиться. 

Люди, когда говорят, они часто думают “об кого-то”, слышат себя со стороны и могут не только опереться, справиться с напряжением, но и сами ответить на свои вопросы. И это тоже важно. Здорово, если с детства есть эта поддержка. И слова «я с тобой» — самые терапевтические. Важно помнить, что из поддержки со временем вырастает самоподдержка. Важно в таком простом, но на самом деле, очень важном разговоре — не оценивать, не обесценивать, не давать советы, а слушать.

Еще родители столкнулись с тем, что дети всегда разговаривают и издают множество звуков. Они вообще живые, как оказалось :). И жить постоянно в шумовом режиме невозможно. Наша задача — напоминать себе что ребенок до 7 лет только учится контролировать громкость речи, свои действия. И нам важно изобретать игры, в которых “тихий режим” — был бы одним из правил игры. 

Что изменилось в поддержке еще? 

Люди стали щедрее на лайки, стали чаще проявлять доброту. Мне кажется, мы начали больше ценить человеческое общение. Карантин заставил нас заглянуть вовнутрь и посмотреть, чем мы наполнены, анализировать это.

Люди начали больше обращаться к психологам, потому что какие-то вещи стали в нас более очевидными — проявленными. Мы стали больше замечать в себе, в своих реакциях, в чертах детей то, в чем стали чувствовать свою ответственность. Мы столкнулись с тем, что мы наработали. Это время может стать временем большей честности с собой.

И что увидели? 

Тот, кто стал больше опираться на внутреннюю территорию, стал больше систематизировать свои ресурсы, потребности и задачи.

Перед выходом из карантина самый частый запрос от взрослых был: «У меня возникает тревога, потому что я не хочу заниматься тем, чем занимаюсь». Мы пересматриваем смысл жизни и отношений.

Как справиться с этой тревогой?

Я сейчас все больше даю задание клиентам писать. Рефлексии, эссе. Вы заметили, что и соцсети стали более рефлексивными? Читать художественную литературу. Задавать себе вопрос — если бы я не боялся, что бы сделал в первую очередь? Чего я избегаю? Что случиться самого плохого, если я сделаю новый шаг? Конечно, ответы на все эти вопросы, страхи, которые поднимаются, лучше искать в сопровождении специалиста, который бы мог дать поддержку. 

Что делать, если родители нездоровы, а рядом ребёнок?

У ребенка может вызвать тревогу сам факт того, что родитель лежит, что появились громкие звуки кашля, то, что мама не может играть и без сил и папа ведет себя не так, как обычно. Что они непривычно реагируют на ребенка и его не пускают к кому-то из них в комнату. 

Все, что непривычно — вызывает тревогу.

Ребёнок чувствителен не только к действиям, информации — а и интонациям, невербальным сигналам. И нам может казаться, что ребёнок многого не понимает.

Даже самому маленькому ребёнку важно сказать: «мама/папа болеет, точнее, выздоравливает. У неё болит голова. Вот тут. И чтобы она скорее выздоровела, ей нужно много спать, пить воду, пить лекарства. Горькие и сладкие. И нужна наша забота. С каждым днём мы все ближе и ближе к здоровью. Слышишь, мама кашляет (мне сегодня написали, что ребёнок боится кашля мамы) — у неё вот тут — (показать на грудную клетку) находятся микробы и из-за них она кашляет. Это громко? Испугался? Давай представим что мама выкашливает микробов, как будто мусор из себя выбрасывает. Проветривает комнату и комната очищается».

Можно, ничего не говоря о кашле, поиграть с ребёнком в собачек (лающих и виляющих хвостом) — вместе с ним лаять друг на друга, чтоб он переставал бояться звука кашля. Можно — каждый раз, когда слышен кашель, говорить — мама кашляет. Давай ей пожелаем здоровья! «Будь здорова! Будь здорова!»

Сейчас особенно важна предсказуемость и повторение привычных действий.

Режим дня. Если это возможно, чтобы ритуалы — то, что привычно — воспроизводилось вторым родителем или бабушками-дедушками. Привычные действия, тормошилки, слова, одежка, последовательность действий, мультфильмы, книжки перед сном…

Реакция ребёнка может быть в том, что он может задавать вопросы — на которые важно коротко и спокойно отвечать. Ребёнок может злиться. Это совершенно нормальная реакция. Фрустарция и злость, и желание,  чтобы все быстро вернулось и было по-прежнему, потребности удовлетворялись, мир опять был безопасен и крутился вокруг малыша. У ребёнка может чаще проявляться истерика.

Нам важно не просто повлиять на поведение, не просто его остановить, поведение изменится — когда мы поймём, что ЗА ним скрывается — страх, тревога?

С ребёнком, который ещё не умеет говорить (да и тем, кто давно умеет) мы перечисляем, с вопросительной интонацией, то, что он может чувствовать — ты боишься, ты хочешь на ручки, ты соскучился, ты хочешь  поиграть, ты злишься? И только потом предлагаем действие.

Наши слова: «прекрати немедленно», попытки рационального воздействия, шантаж, обвинения — вряд ли помогут. Чем меньше ребёнок — тем сильнее реакция, потому что меньше возможности самому осознать и «покрыть» свои потребности.

Нам важно фокус внимания переводить туда, на что прямо сейчас мы можем повлиять. И мечтать о будущем. Когда все будут здоровы и опять все смогут быть вместе. Мне бы так хотелось, чтобы родители, кроме ответственности, усталости, тревоги за детей могли успеть почувствовать и радость и наслаждение от их взросления. Чтобы мы чувствовали себя не только родителями, а и Женщинами и Мужчинами. И могли разделить близость и жизнь с теми, кто нам дорог. Чтобы наша жизнь не превращалась в постоянную “работу с собой” и в гонку за “лучшей версией себя”, а была больше принятием себя, освоением себя и углублением в себя. Чтобы наша полнота и счастье — стали классным примером позволения  счастья наших детей. И здоровья всем 🙂

Беседовала Ольга Заруба