Рецензия на книгу «Все хреново. Книга о надежде»

Новый бестселлер от автора "Тонкого искусства пофигизма"

Автор Татьяна Гордиенко

Марк Мэнсон, блогер, предприниматель и писатель, является одним из самых популярных авторов книг о самопомощи. Многим он известен по бестселлеру “Тонкое искусство пофигизма”, где говорится вовсе не о том, как “забивать на все”, а о важности приоритетов и настоящих ценностей. О чем же его новая книга с провокационным названием “Все хреново. Книга о надежде”, которая вышла в издательстве Альпіна Паблішер Україна? О том, что надеяться — глупо, но жизнь без надежды, все же, существует.

Авторский стиль Мэнсона — отдельный фактор успеха его книг, в которых ему удается доступно и обоснованно изложить важные мысли. Его чувство юмора, ирония и самоирония делают серьезное чтение если не развлекательным, то уж точно не скучным.

Для чего нужна надежда?

Мэнсон очень основательно подходит к изучению вопроса о надежде и вере в широком ее понимании. Разглагольствовать о том, что все — тлен, легко. Так оно и есть, это Неприятная правда жизни. Но как нам с этой правдой жить? Ведь действительно, противоположностью счастью является не страдание, а безнадежность, отчаяние, отсутствие перспективы увидеть улучшение. Мэнсон напоминает нам о ящике Пандоры: после того, как из него вырвались все болезни и неприятности, уготованные богами человечеству, на дне его осталась надежда. А что если она вовсе не спасение, а одно из главных испытаний, большая иллюзия, которая подпитывает наши духовные, идеалистические и персональные “религии”? А там, где есть такого рода вера, там всегда найдется место для конфликта и для разочарования.

Мы все когда-нибудь уйдем в небытие, а Вселенной на самом деле абсолютно все равно, во что мы верили, что делали, и, вообще — какими людьми были. Однако пуститься во все тяжкие и потакать во всем нашему Чувствующему мозгу, который заботится только об удовольствиях, — прямой путь к увеличению страданий. В последнее время психологи много пишут о поисках счастья, о его формуле, но автор твердо убежден в том, что, распознавать и уважать свои эмоции — дело хорошее, только вот полностью избежать боли и страданий — не получится, да и не нужно, ведь они часть человеческой жизни. Более того, они и есть жизнь.

Так ли все плохо

Люди в мире страдают. Идут войны, случаются катастрофы, люди ненавидят и убивают других людей из-за религии, цвета кожи, сексуальной ориентации и из-за миллиона других причин, люди теряют смысл жизни. И все же, сегодня человечество живет в целом так хорошо, как никогда раньше. Длительность жизни в разы больше, чем несколько столетий тому, страшные болезни отступают благодаря развитию медицины, в большинстве стран мира запрещены принудительные и ранние браки, детский труд под запретом и демократические ценности равенства и толерантности провозглашены всеобщими. Технологии избавили множество людей от убийственно тяжелого труда. И все же, статистика, приведенная автором говорит о большей частоте самоубийств в странах, считающихся развитыми. Мы все время недовольны. То, что у нас есть — мало.

Одна из самых значительных инноваций нашего времени, интернет, который был придуман для того, чтобы объединить людей и предоставить всем равный доступ к достоверной информации, теперь предлагает нам развлечения (иногда весьма сомнительные), заваливает нас фальшивыми новостями и навязчивой рекламой. Не важно, что вас призывают купить и купите ли вы это, главное то, что вас убеждают в том, что вам чего-то не хватает для полного счастья. Купите утюг, путевку в Таиланд или курс по повышению психологической стойкости — и будет вам счастье. Мэнсон признает, что и сам в какой-то мере является, как автор книг, которые продают идею улучшения жизни, частью такой системы. Однако его цель, говорит он, — показать, что для того, чтобы перестать болезненно рваться к ускользающему счастью, нужно всего лишь повзрослеть.

Ценности взрослого человека

К счастью, большинство из нас все-таки перерастают детские ценности и обуздывают эгоизм. Ребенок хочет и его не волнует, что нельзя, что то, что он требует — плохо для него самого или других. Чаще всего мы застреваем в “подростковых” ценностях: мы понимаем, что есть какие-то принципы и ведем постоянный торг: если я поступлю хорошо, то могу рассчитывать на исполнение желания или достижение цели. Торг и манипуляция иногда дают нам получить желаемое, но, во-первых, постоянная гонка за достижениями и удовлетворением — бесконечна, мы хотим все больше и больше, и зуд неудовлетворенности причиняет нам все больше страданий. Во-вторых, часто бывает, что полученного мы не достигаем, или что цель, оказывается, не стоила таких усилий — и многим тяжело с этим смириться: снова боль.

Взрослые ценности полностью основываются на принципах. Взрослые люди поступают правильно не потому что хотят что-то взамен, а потому что так правильно, и все. Взрослые, в смысле зрелости, люди, не относятся ни к себе самим, ни к другим людям, как к средству. Да, вы не ошиблись, это Кант. Мэнсон посвящает несколько глав тем философским идеям, которые обращаются к определению морали как ценности. Нет, за гуманность, эмпатию, отвагу и умеренность вас не наградят (и кто бы мог заниматься подобными “церемониями награждения”?) богатством и здоровьем при жизни, так же, как и не заберут в рай на том свете. Просто единственный способ улучшить мир — это улучшить себя: перестать заключать сделки, перестать ожидать наград, поставить во главу угла достоинство и уважение (и к самому себе тоже).

Принцип достаточности

Признать страдания неотъемлемой частью жизни — правильный шаг. Признать то, что в “разумных дозах” страдания — это фактор “антихрупкости”, тоже правильно. Все современное общество в целом демонстрирует кризис зрелости лишь потому, что мы стали жить настолько хорошо, что утратили навыки стойкости. Подумаем о воспитании детей — если оберегать их от любых трудностей слишком тщательно, они вырастут совершенно беспомощными, инфантильными, слабыми людьми. С другой стороны бесспорно то, что слишком много страданий ломают людей и заданием человеческого прогресса является изобретение способов ограничения таких острых и жестоких страданий. В таком случае, говорит Мэнсон, опираться стоит не на религиозные принципы: демократия как саморегулирующаяся система способна обеспечить обществу необходимый каркас для более-менее справедливого и мирного сосуществования людей на основе равенства перед законом, толерантности и гуманизма. Потакание корпоративной жадности, которая “всего лишь дает людям то, чего они хотят” разрушает демократию, которая, как говорил Черчилль “является худшей формой правления, если не считать всех остальных”. Давая людям то, что они хотят, можно зайти очень далеко. Потому что люди совсем не всегда хотят чего-то разумного, светлого и доброго.

И в то же время, начинать нужно с себя, с честности перед собой и с самоограничения. Вспомним “принципы счастливой жизни” скандинавов. Мы много говорили о “лагом” — шведском принципе достаточности. Да, в квартире можно поклеить золотые обои и расставить по полкам сотню мелочей, которые вы купили, потому что захотелось или потому что кто-то убедил вас в их нужности. Но зачем, если для комфорта достаточно совсем немного?

Возможно, мы все плохо понимаем посыл о выходе из зоны комфорта? Иногда то, что у вас есть — хорошо и достаточно. Здесь важно, конечно, понимать, что да, страдания — часть жизни. Но вы не должны терпеть или оправдывать, например, насилие и унижения в свой адрес. Ведь вы не относитесь к себе как к средству сделать кого-то довольным (партнера-абьюзера, ваших родителей, начальство, детей). Зрелый человек уважает других, и поэтому требует уважения к себе, считая унижения неприемлемыми.

Светлое будущее

Последняя глава книги говорит об искусственном интеллекте, называя технологии “последней религией”. Искусственный интеллект (ИИ) — это не просто мощный компьютер. Это самообучающаяся программа, она ищет и находит оптимальные решения. И не за горами тот день, когда большинством процессов на планете будут управлять машины, обладающие ИИ. Человек иррационален, человек не в состоянии познать самого себя и себе подобных — как нас сможет понять машина? Иэн Макьюэн в романе “Свой среди машин” говорит как раз о проблеме относительности моральных ценностей в человеческом обществе, о выборе из большего и меньшего зол, которые сложно, если вообще возможно, уловить машине.

Будущее человечества представляется Марку Мэнсону в развитии новой религии: искусственный интеллект, как высший разум, будет выстраивать алгоритмы для оптимальных решений, шаги которых будут непонятны людям, привыкшим к сделкам и торгу. И люди будут пытаться предугадать, что одобрит алгоритм, а за что накажет — совсем как какое-нибудь божество. И остается только надеяться, хоть, как уже сказано, надежда — зло, что машины не посчитают нас лишними на планете. Возможно, наоборот, люди станут частью искусственного интеллекта, перестанут быть ограниченными телами и разовьются в единый коллективный человеко-машинный разум, станут чем-то большим и лучшим, чем были. Возможно…

Безусловно, «Все хреново» — это книга, которую нужно читать: если вы хотите глубоких мыслей, подтвержденных фактми и ислледованиями — вы их тут найдете, примечаний у Мэнсона в конце книги — целых 50 страниц. Если вам хочется юмора и необычных метафор, то вам тоже к нему, к Мэнсону. Если у вас «все хреново» — читайте. И даже если все у вас замечательно, то вы все равно найдете здесь то, над чем стоит подумать.

Цена: 288 грн.

Где купить: yakaboo.ua

 

rating

Мы в Facebook