Ира Керст
Салли Крочек за свою более чем 20-летнюю карьеру неоднократно поднимала вопросы гендерного неравенства, выступая с трибун и делая заявление в СМИ. Она на собственном опыте знает, каково это – быть женщиной в «мужском» профессиональном мире, ведь Салли некогда работала на Уолл-Стрит. Сегодня она – частный предприниматель, СЕО инвестиционной площадки для женщин Ellevest, и по-прежнему продолжает поддерживать женщин в их стремлении делать карьеру и становиться во главе компаний, «раскачивая лодку».
Как женщина, которая восемь лет подряд находилась в топе Most Powerful Women, я испытывала и удивление, и чувство гордости, и недюжий страх. На своем собственном опыте я знаю, что успех может быть «убийственным» для женщины-профессионала. Я это знала еще задолго до исследований, которые констатировали этот факт, а также указали, что женщины-профи должны постоянно скользить по лезвию ножа и быть «не слишком горячей, но и не слишком холодной». Только если им удастся найти это равновесие, тогда их признают успешными. Я узнала об этом до того, как любимой темой для обсуждения в США стала улыбка Хиллари Клинтон или отсутствие таковой (будто бы это имеет значение!).
Но даже вспоминая свои первые шаги в карьере, я могу с уверенностью сказать, что женщин часто корят за их успех. Поэтому они пытаются продумывать все до мелочей и контролировать каждое свое действие, если хотят продвижения по службе. Они пытаются балансировать, а когда это не получается делать – падают.
Приведу в пример данные исследования Гарвардской Школы Кеннеди (Harvard Kennedy School study), которые говорят о том, что «когда респондентам описывали женщин-политиков как людей, которые ищут власти, то у респондентов (обоих полов) это вызывало негативные чувства, презрение и даже отвращение, в то время как амбициозные мужчины-политики таких эмоций со стороны опрашиваемых на свой счет не вызывали».
В деловом мире это означает, что женщины должны сидеть тихо и не высовываться. Яркий пример – Марисса Майер, Карли Фиорина и Эрин Каллан. Когда они столкнулись с проблемами, то внимание всех медиа тут же было обращено на них. Вспомните, как ликовали СМИ в моменты их краха – будто греческий хор на свадьбе!
У меня тоже бывали трудные периоды в карьере. Помню, как в 2008 году во время экономического кризиса мой новый босс, компания которого в тот момент несла многомиллиардные убытки, вызвал меня на ковер и отчитал, словно школьницу. Тогда я почувствовала стыд. Я чувствую его и сейчас, когда пишу эти строки. В его реакции было что-то первобытное, что-то животное. Он чувствовал то самое «моральное негодование», о котором речь шла выше. И да, для меня этот разговор ничем хорошим не кончился. Я была уволена лишь по той причине, что я женщина. А все дело было в том, что босс хотел решить проблемы здесь и сейчас, он не хотел ждать результатов. Но я ничего не имею против парней среднего возраста – я даже некогда состояла в браке с двумя из них.
Конечно, не все боссы идут этим путем. Есть такие лидеры-мужчины, как Марк Цукерберг и Джеффри Иммельт, которым интуитивно понятно, что гендерное разнообразие в топ-менеджменте ведет к повышению эффективности бизнеса. Ведь сотрудникам нужны знаковые женские ролевые модели, чтобы повысить их потенциал, мотивировать их.
Но пока не будут предприняты серьезные шаги в сторону гендерного равенства, все эти списки «самых влиятельных женщин» будут лишь вызывать иронию, а значит, увеличивать наши шансы на неудачу.
По материалам fortune.com
Фото: techcrunch.com, lynda.com
— Читайте также: Говорю, что вижу: 8 тем, которых избегают на работе умные люди