Пять лет спустя: 6 родителей жертв массового убийства в начальной школе Сенди Хук

Когда нельзя опускать руки

Время подготовки к Рождеству — это время ожидания чуда. К сожалению, для многих семей самого желанного чуда не произойдет: их близкие никогда не вернутся. Особенно горька потеря ребенка. Пять лет назад в городке Ньютон, штат Коннектикут, вооруженный человек зашел в начальную школу Сенди Хук и расстрелял 20 детей и 6 педагогов. Как родители погибших детей справляются с потерей? И какой урок преподают такие трагедии нам всем?

Скарлетт Льюис, мама Джесси

Шестилетний Джесси Льюис был убит в своем классе. «Джесси был всегда очень громкий, энергичный, ответственный, сильный и смелый», — вспоминает Скарлетт. Она не удивилась, когда один из полицейских сказал ей, что в свои последние минуты ее сын пытался спасти других детей, кричал им: «Бегите!» и некоторым детям это сохранило жизнь, они смогли убежать.

После гибели сына Скарлетт основала движение «Выбирай любовь» (Jesse Lewis Choose Love Movement). «Я подумала, что если мой сын перед лицом абсолютного ужаса смог думать о своих товарищах, то я-то уж точно в состоянии пропагандировать идею ненасилия, идею любви», — говорит Скарлетт. Движение «Выбирай любовь» — благотворительная организация, которая разрабатывает и внедряет в школы и детсады программы обучения детей социальным и эмоциональным навыкам: «После смерти Джесси я подумала, что этот убийца, Адам Ланца, когда-то не получил исцеляющей, питающей любви, поэтому все и произошло. Все развилось из-за одной злой мысли, а ведь мысли можно менять, нейтрализовать, замещать другими, хорошими, этому можно научить. Наши программы учат детей, как устанавливать и сохранять позитивные отношения, как распознавать эмоции и управлять ими, как выработать стойкость — то есть как быть добрым и заботливым к себе и к другим, как быть ответственным при принятии решений». Скарлетт Льюис говорит, что исследования подтверждают эффективность такого подхода в профилактике насилия, буллинга, тревожности, депрессии и подросткового суицида: «Вы не всегда можете выбрать то, что с вами случится, но вы всегда можете решить, как на это реагировать. Вы можете всегда выбрать любовь. На похоронах Джесси все спрашивали: что мы можем сделать? Я тогда сказала: мы все могли сделать что-то. Я думаю, что каждый в силах научиться менять одну злую мысль на добрую. По одной в день — и у нас будет добрый мир вокруг». Членом комитета движения, основанного Скарлетт Льюис, стала мать Эллиота Роджера, другого массового убийцы, Чин Роджер. Она говорит, что программа поддержки эмоциональных и социальных навыков спасла бы и ее сына, и его жертв.

Николь Хокли, мама Дилана, и Марк Барден, папа Дэниела

Дэниел Барден (по центру) с братом Джеймсом и сестрой Натали

Николь Хокли и Марк Барден стали самыми «публичными» из родителей жертв трагедии в Ньютоне. Уже через месяц они основали некоммерческую организацию Sandy Hook Promise, цель которой — уберечь детей от массовых убийств. Барден говорит, что он и его жена Джеки очень гордились сыном Дэниелом: «У него было острое чувство справедливости, он умел сопереживать. Вспомнить хотя бы его просьбы о том, что надо подождать с обедом, пока все не усядутся за стол, или то, как он спасал червячков от солнца и относил их с дорожки в траву, он придерживал двери для незнакомых людей и умел дружить».

Николь Хокли и ее муж Иэн считают, что их сын Дилан был скрепляющим звеном для всей семьи: «У него был аутизм, поэтому ему требовалось немного больше внимания. Он умел быть глубоко привязанным и его все любили в ответ. Больше всего он обожал старшего брата».

Николь Хокли с сыном

 

«Мы не могли допустить, чтобы это случилось снова, с какими-то другими детьми и родителями, — говорит Барден. — Поэтому мы решили заниматься программами, которые помогут людям засечь ранние признаки возможного насилия: увидеть, что кто-то делает что-то явно ведущее к массовому убийству. Конечно, многое зависит от законодательства по владению оружием. В 2013 году мы все поддержали законопроект о том, что при покупке оружия нужно предоставлять справку о факторах риска, 90% американцев согласны с тем, что продавать оружие всем подряд нельзя, но у нас в Конгрессе здравый смысл не работает и законопроект провалили. Поэтому мы сфокусировались на маленьких изменениях и инициативах, которые доступны каждому, о знаках опасности, которые появляются задолго до того, как кто-то берет в руки оружие. Мы работаем в 50 штатах, нашими программами охвачено 4000 школ, наши курсы прошли уже 2,5 миллиона детей и взрослых. Нам удалось сократить в этих школах количество случаев буллинга, предотвратить самоубийства и снизить частоту возникновения расстройств питания».

Брат и сестра Дэниела, которым уже по 17 и 15 лет, работают волонтерами в Sandy Hook Promise. Николь Хокли говорит: «Я не знаю, оплакала ли я Дилана, я до сих пор не могу смириться с тем, что его нет. Хожу к психотерапевту, пытаюсь практиковать йогу. Я учусь быть доброй к себе, пытаюсь простить себя за то, что не смогла спасти моего ребенка».

Алисса Паркер, мама Эмили, и Мишель Гэй, мама Джозефины

До того ужасного декабря Алисса и Мишель не были знакомы друг с другом, обе в один день потеряли дочерей: 6-летнюю Эмили Паркер и 7-летнюю Джозефину. «Эмили была очень рассудительная и дружелюбная девочка. Первоклашка, которая любила рисовать, читать и веселить людей, когда им было грустно», — вспоминает Алисса. Мишель говорит о дочери: «Джозефина не говорила, но у нее было много других способов выражать свои чувства и общаться: ее глаза говорили все, она любила обниматься и была добра ко всем».

После трагедии и Алисса, и Мишель стали поднимать вопрос о безопасности школы, куда проник убийца, и о стандартах безопасности учебных заведений в целом. Вместе они основали организацию «Безопасные школы» (Safe and Sound Schools). Подход к безопасности в школе комплексный: от замков на дверях класса и «тревожных» кнопок до бесплатных инструкций для детей и взрослых о том, как уменьшить риски кризисных ситуаций, в расчет берется и психологическая помощь детям, которые, при неправильном подходе взрослых к вопросам безопасности, могут пугаться и становиться тревожными. Для Гэй и Паркер эта организация — способ оставаться рядом со своими девочками: «Они любили школу, это был их мир, там были их друзья, любимые учителя. Мы хотим защитить этот мир.»

Обе семьи покинули Коннектикут после трагедии, но Мишель и Алисса продолжают вести совместную общественную деятельность: «Иногда ты чувствуешь себя сильнее, иногда слабее, но иметь рядом единомышленницу, которая все без слов понимает, это благословение».

Ребекка Ковальски, мама Чейза

Чейзу Ковальски было 7 лет, он был одноклассником Дэниела Бардена, Джозефины Гэй и Эмили Паркер: «Чейз был очень заботливый, отзывчивый мальчик. Он любил все новое, очень любил плавать, бегать и ездить на велосипеде».

Эти три вида спорта привели Чейза в детский триатлон. Свою первую 50-метровку он пробежал 3-летним малышом. Ему так понравилось, что он тут же захотел пробежать и 100 метров, и 400. На 400-метровке он, конечно же, устал, тогда старший мальчик подал ему руку и довел его до финиша. Чейз поступал с другими как этот мальчик всегда. После его гибели его родители основали Фонд CMAK (CMAK — Chase Michael Anthony Kowalski). Фонд предлагает 6-недельную тренировочную программу Race4Chase детям, занимающимся триатлоном: им предоставляют возможность работать с тренерами и, тем, кто нуждается, даже дарят велосипеды. Ребекка Ковальски отмечает, что триатлон помог Чейзу, у которого была задержка развития речи, поднять самооценку и стать более общительным: «Триатлон — индивидуальный спорт, но мы делаем программу тренировок такой, чтобы товарищи по секции стали маленькой семьей».

Семья так и живет в Ньютоне, 16-летняя Эрин, сестра Чейза, тренирует детей в программе Фонда имени ее брата, а 19-летняя Бриттани занимается в нем же фандрайзингом и связями с общественностью. Сама Ребекка после смерти сына увлеклась его любимым спортом и участвовала в своих первых соревнованиях по триатлону в 2015 году, став тренером программы. «Спорт помог мне справиться с горем, которое мучает меня каждый день, — говорит Ребекка. — Никогда не знаешь, что вызовет его новую волну. Спорт очень помогает не «развалиться на куски». Сложно оставаться спокойными, когда все новые и новые массовые убийства происходят по всему миру: «Когда я слышу эти новости, мое сердце разрывается. Я знаю, что чувствуют семьи погибших. Я отправила сына в школу. Он должен был быть там в безопасности. И он никогда из школы не вернулся. Люди идут в церковь, в магазин, на концерт — и могут оттуда не вернуться. Это ужасно».

Каждую годовщину смерти Чейза семья старается выехать за город: «Горе — это индивидуальный процесс. Каждый учится с ним справляться по-своему. Мы очень любим Чейза и никогда не забудем его. То, что мы делаем, поможет, как мы надеемся, детям и семьям создать тот круг любви и радости, который изменит мир».

Источник: huffingtonpost.com

— Читайте также:  Сью Клиболд: «Мой 17-летний сын расстрелял двенадцать невинных детей и школьного учителя»

Мы в Facebook