Наама Дрор: «Если кого-то смущает мой возраст или мой пол, это его проблемы, а не мои»

О важной роли израильской армии для молодых людей, правилах воспитания любознательных лидеров и принципе, который драйвит инновации

В свои 28 лет Наама Зальцман Дрор — уже директор по развитию международной компании Vertex Ventures в Израиле. За плечами у нее служба в израильской армии, несколько лет работы в политике и дипломатической службе. В рамках Дней Иерусалима в Киеве Наама приняла участие в дискуссии Going Global: Israeli-Ukrainian Innovation Day, организованной при поддержке Платформы SheExports Офиса по продвижению экспорта, где рассказала о роли женщин в инновационном мире. Мы же встретились с ней на следующий день в Киеве и поговорили о возрастных и гендерных стереотипах, поддержке работающих родителей израильским правительством, еврейских мамах и девушках в армии.

Наама, вы изучали международные отношения, затем работали некоторое время в политике, как получилось, что бизнес-сфера перевесила?

Когда я училась в университете, я даже не задумывалась, что свяжу свою жизнь с предпринимательством. Будучи студенткой, я мечтала, что стану дипломатом или политиком. И первым моим местом работы стал израильский парламент. Это было увлекательно! Но спустя три года работы в государственном секторе я поняла, что некоторые процессы требуют много времени, система очень бюрократизирована. Мне же хотелось чего-то другого, самой создавать какие-то вещи, быть независимой. Да, в современном мире все работают на кого-то. Но сейчас у меня есть свой департамент, я делаю то, что хочу, с чистого листа. После ухода из госсектора я взяла перерыв на месяц и начала исследовать рынок профессий, обдумывать, чем могу заняться теперь. И вот однажды мой друг приглаисл меня на встречу с пиарщиком одной крупной компании, которая помогает развивать стартапы. Я думала, что мне будет ужасно скучно и даже не досижу до конца, но это было невероятно интересно. А спустя пару недель мне предложили открыть и возглавить департамент по бизнес-развитию компании в Израиле. Помню, как я тогда спросила: «А что именно подразумевает бизнес-развитие?» На что получила ответ: «Не волнуйся, ты справишься. Я в тебя верю». И у меня все получилось.

И никакой неуверенности, никакого страха?

Вы знаете, я сказала себе тогда: а что ты теряешь? Мой опыт озволяет мне заниматься консалтингом, например, поэтому не сработало бы одно, получилось бы другое. Но все вышло наилучшим образом. Понимаете, в госсекторе ты не зарабатываешь денег для своей компании, ты просто делаешь свою работу, у тебя есть какая-то своя миссия. А в частном секторе у тебя есть еще и ценность, потому что ты понимаешь, что приносишь деньги.

А что насчет собственного бизнеса?

Думаю, что однажды я запущу свой бизнес, но не в ближайшей перспективе. Я очень амбициозна, знаю, чего хочу, у меня есть свое видение, но я понимаю, что все должно быть в свое время, плюс мне нужно найти подходящего партнера. И мне еще нужно подучиться. Мне повезло попасть в венчурный бизнес, таким образом я изнутри узнаю, как привлекаются инвестиции, да и вообще, учусь у лучших.

Мы знаем, что Израиль входит в топы самых инновационных стран, а насколько он современен в борьбе с гендерными стереотипами? Вам доводилось с ними сталкиваться?

Непросто отвечать на такой вопрос. Ведь если ты лично не сталкивался с гендерными стереотипами, это не значит, что всем повезло так же. Но если кого-то смущает мой возраст или мой пол, это его проблемы, а не мои. Раньше мне хотелось как-то надоумить людей, но потом я поняла, что не стоит тратить свою энергию на это. Не стоит тратить время на людей, которые вас не поддерживают.

У каждого человека есть свое мнение и восприятие мира, и изменить их не так уж просто. Мы можем изменить общество, но изменить каждого человека в отдельности просто нереально. Мне бы хотелось, чтобы люди оценивали меня по моим способностям и достижениям, а не полу и возрасту. Мне, наверное, повезло, что в месте, где я работаю, люди мыслят вне предрассудков. Хотя иногда я замечаю, что на встречах с потенциальными партнерами, они больше обращаются к моему коллеге, партнеру компании. Не знаю, связано ли это с тем, что я — женщина, или с тем, что они понимают, что мой коллега — партнер компании, и за ним финальное решение.

Кстати, по поводу возраста. Как молодая и состоявшаяся женщина ощущаете ли вы давление со стороны общества и семьи касательно вопросов о будущем материнстве?

Хороший вопрос! Я знаю, что моим подругам периодически задают такие вопросы в их семьях. Вы наверняка слышали истории о типичных еврейских мамах. Это не миф! По крайней мере для большинства семей в Израиле.

Я сама уже замужем, я встретила своего мужа почти пять лет назад. Но никто в нашей семье не досаждает вопросами о будущих детях, чего не скажешь о людях со стороны. Расспросы о том, когда я рожу ребенка, сводят меня с ума. Это мое личное дело! И знаете, я решила не отвечать на такие вопросы, надеюсь, что со временем люди поймут, что спрашивать о таком как минимум невежливо. Хотя я и осознаю, что люди задают вопросы без злого умысла, им просто любопытно. Вообще, люди в Израиле очень любознательны и открыты, такова наша натура. Моя бабушка постоянно напоминает мне о детях, а я напоминаю ей о своих желаниях и целях. Каждая женщина должна сама решать, когда ей становиться матерью и становиться ли вообще.

Вы упомянули, что отличительная черта израильтян — любознательность. Как вы считаете, влияет ли воспитание этого качества в детях на развитие предпринимательского духа?

Да, определенно! Я росла с этой жаждой новых знаний и открытий. Не могу говорить за другие семьи, расскажу о нашем примере. Первое — нас с детства с братом и сестрой учили, что нужно делать то, что ты любишь. Мама всегда говорила: «Какое твое самое большое желание? Пойди и исполни его, следуй за своей мечтой». Второе — нас растили с мыслью, что мы все должны были получить образование. И третье — нас всегда поддерживали в стремлении исследовать окружающий мир. Моя мама часто брала меня с собой на выставки в музеи, в то время как некоторые из моих друзей были в музее пару раз за всю свою жизнь. Мама, кстати, полностью посвятила себя материнству. Сейчас ей 53 года и она опять возвращается в карьеру.

С какими трудностями она сталкивается на рынке профессий сегодня?

Ей это дается очень непросто. Искать работу в 25 и 50 лет — это не одно и то же. Да и в целом мир сегодня изменился и те методы поиска работы, которые были эффективны в Израиле 30 лет назад, сегодня устарели. Моя мама в итоге нашла себя, она — коучер, помогает другим людям найти свое призвание в жизни. Но не всегда все происходит так уж и гладко. Пример: недавно я приехала к родителям в гости, к нам также зашла моя подруга, которая искала работу. Моя мама посоветовала ей подать резюме в ответ на вакансии, размещенные в Facebook. Я, услышав это, начала громко хохотать. Во-первых, было забавно наблюдать про то, как мама дает советы про Facebook. А, во-вторых, Израиль, на самом деле, — такой тесный мир, и многое завязано на личных знакомствах. И если вы хотите увеличить свои шансы на то, чтобы получить работу в определенной компании, вам нужно найти человека из нее, который бы смог вас представить, замолвить за вас словечко или написать рекомендательное письмо. Вот так это может сработать, особенно если мы говорим о технологических компаниях. Так что моя мама открывает какие-то новые вещи для себя практически каждый день.

А как израильское правительство поддерживает работающих родителей?

Во-первых, в Израиле оба родителя могут взять отпуск по уходу за ребенком по своему выбору от 3 до 6 месяцев. А, во-вторых, согласно закону, после выхода на работу или отец, или мать могут в течение четырех месяцев уходить с работы на час раньше для решения своих домашних дел. При этом в зарплате они ничего не теряют. Я знаю, что в госсекторе женщины часто берут декрет на год, но в бизнесе это просто невозможно, мало кто из работодателей позволит своим сотрудникам выпасть из процесса на такой долгий срок.

Не могу не спросить вас насчет армии. Предполагаю, что вы служили?

Да, конечно, как и все в Израиле. Я была спорт-инструктором, тренировала солдат.

И каково это для девушки?

Невероятно! Армия в Израиле играет огромную роль. В какой бы город вы ни приехали, первый вопрос, который вы услышите: а где ты служил/а? Это такой себе способ налаживать нетворкинг (Смеется). Я бы не сказала, что мне было сложно физически. Я была в хорошей форме, занималась бегом. Мне очень нравилось в армии, правда. Я там познакомилась с потрясающими людьми. И даже сейчас, 8-9 лет спустя, я по-прежнему общаюсь со многими своими армейскими друзьями.

Попадая в армию, молодые люди впервые уезжают из родного дома. И мне кажется, что армия играет колоссальную роль в становлении личности. Благодаря тому, что там мы встречаем самых разных людей, мы становимся более открытыми миру. Кстати, интересный момент, многие технологические стартапы берут за основную модель — армейскую. Что касается каких-то стереотипов, я знаю, что по религиозным убеждениям некоторые мужчины вступают в специализированные отряды, где они не встретят женщин. Но в целом, женщины могут выполнять любую роль как в армии, так и в обществе. И пусть кто-то попробует им запретить. Суда в таком случае не избежать.

На сайте вашей компании написано, что вы инвестируете в победителей. А каким образом вы понимаете, чей стартап станет успешным?

Все дело в людях, которые его делают, в их способе мышления. Они должны быть исключительными и невероятными с четким пониманием, в чем преимущество их продукта. Предприниматели открывают компании, затем сворачивают их, открывают вторые, третьи, четвертые… И ничего страшного в этом нет. В венчурном бизнесе иногда даже лучше инвестировать во вторую попытку предпринимателя, потому что ты уже понимаешь, что он особенный — пережил неудачу, собрался и основал новый стартап. К примеру, у компании Cyborg, которая «выстрелила» в прошлом году, ушло на это несколько лет.

По вашим наблюдениям, какие страны сегодня можно назвать самыми инновационными?

Если обратиться к рейтингу Bloomberg, то на первом месте Южная Корея, затем Швеция, Германия, Швейцария, Финляндия, Сингапур, Япония, Дания, США, и на десятом месте — Израиль. Китая, к примеру, в этой десятке нет, но, поверьте, это невероятно креативная страна. Недавно я побывала в Пекине, где я узнала о компании велошеринга Mobike. В столице Китая улицы просто завалены миллионами этих общественных велосипедов, которыми может воспользоваться кто угодно. Этой компании буквально пару лет, а ее стоимость уже оценивается в $3 млрд.

В Украине тоже много талантливых ребят. Я слышала, что около 5-10 тысяч украинцев работают на аутсорсе на израильские компании. У вас очень талантливые люди, и я думаю, что в ближайшем времени число украинских инновационных компаний будет стремительно расти.

А вы согласны с тем, что diversity — это то, что драйвит инновации?

О, да! Сейчас в Израиле популярна инициатива Power in Diversity, которую запустила одна из местных венчурных компаний. Наша компания тоже присоединилась к ней. Это означает, что если мы принимаем на работу людей, то мы помним о принципе diversity и не обращаем внимание на пол, расу или сексуальную ориентацию соискателей. Главное, на чем нужно делать акцент, — профессионализм сотрудника. В госорганизациях в Израиле жещины должны составлять 50% руководщего состава, но на частный бизнес этот закон не распространяется. В советах директоров частных компаний женщины сегодня составляют примерно 20%, и только 4% из них являются гендиректорами. Но, к примеру, в Израиле есть компания Fiverr, так вот у них около 50% коллектива составляют женщины, потому что для них важно придерживаться принципа разнообразия, таковы их ценности.

Да, для нас тоже, именно поэтому WoMo в этом году свой главный ивент года — SHE Congress — посвятил теме разнообразия, инклюзивности и толерантности.

То, что вы поднимаете эту тему в Украине, это потрясающе! Это то, что повлияет на последующие поколения. У вас есть миссия! Нести ее будет непросто, но я уверена, что у вас все получится, потому что наше поколение не оглядывается назад, мы смотрим в будущее и мы — те, кто на него повлияет.

Беседовала Татьяна Касьян. Фото из личного архива Наумы Зальцман Дрор

— Читайте также: Дженнифер Хайман: «Если бы меня звали не Джен, а Джон, то под стартап я бы получила намного больше денег»

Мы в Facebook